Не желая надеяться на Петра, Борис решил самостоятельно разобраться в обстановке и с первого же дня работы на стройке стал пытаться использовать все возможности для общения с уголовниками. Изучая таким образом ситуацию, Борис быстро пришёл к выводу, что время работает против него. «Явно, что-то намечается, — размышлял он. — Фока опять своих пытается собрать… Действовать надо, действовать — на опережение».

Стоявшая два дня, жара сменилась дождями. Часть заключённых перевели на другую работу. «Убрали лишних свидетелей?» — думал Борис, укрывшись под ветхим навесом от дождя; когда вдруг откуда-то прибежал сильно промокший Дмитрий.

— Ты откуда взялся?.. Я думал, что тебя тоже отослали.

— Не отослали, как видишь, а жаль, — задолбала уже эта стройка… Не люблю бессмысленную работу… Зачем им этот долгострой?!

— Может, зачем-то и нужен… Не кажется тебе, что начальство тут какое-то странное — со своими причудами?

Дождь несколько стих и Борис, не дожидаясь ответа, направился в сторону котлована, где ранее видел Кистеня. В ту же минуту около котлована появился и Пётр.

— Не поверишь!.. — сбивчиво заговорил он, пытаясь отдышаться. — Удалось Кондрата на Фоку натравить… Сейчас «лаются».

— А остальные?

— Катков — за Кондрата, Хасанов — за Фокичева, прочие — колеблются.

Не прошло и минуты, как в сторону котлована пробежал Хасанов.

— Ты гляди, какая спешка!

— Пойдём, посмотрим.

В котловане, явно на повышенных тонах, беседовали Гилёв и Кистень. Подбежавший к ним, Хасанов начал бурно жестикулировать; однако Игнат довольно грубо развернул Хасанова и оттолкнул. Гилёв принялся толкать Кистеня, наступая и что-то выкрикивая, но вдруг резко повернулся и пошёл прочь; Хасанов засеменил рядом.

— Интересно… Пойду-ка я, пожалуй, с Кистенём поговорю.

— Давай, только осторожно, — согласился Пётр. — А я прослежу за теми двумя.

Убедившись, что Кистень остался один, Борис направился к нему.

— Ну что, Игнат, по роже хочешь получить?

Не ожидавший такой наглости, Кистень отступил.

— Мне, похоже, терять нечего, — продолжал Борис.

— Подожди, — Игнат сделал останавливающий жест рукой. — Ты мне не нужен; да и для Костолома ты — «мишень номер два». Он прежде всего с Сёмой должен разобраться.

— Да ну! — не поверил Борис.

— Не понимаешь?.. Сёма — мент, он под «хозяина» «копает».

— Я должен поверить в эту чушь?.. Для чего ты мне это говоришь?

— Я бы не возражал, если бы ты разобрался с Костоломом и с Фокой.

— Тебе-то это зачем?

— А затем, что хотелось бы живым выбраться из всего этого.

— А влазил зачем?

— Долг у меня был перед Костоломом; правда, на мой взгляд, я уже сполна расплатился; но он — думает иначе.

— А про Сёму откуда такая информация?.. Стал бы Фока с ним «корешится», если бы это — было правдой?

— Фока — дурак… Сёма его использует… Откуда информация — не знаю; у Костолома спроси.

— А меня кто заказал?

— Это тебе лучше знать… Кому ты на воле «на мозоль наступил»?.. Возможно, что Фока и Костолом в курсе, хотя… Нет, нет, — такие заказы, видимо, по цепочке передаются; тебе — это не отследить; разве, если с Сёмой договоришься.

— Хасан-то зачем прибегал?

— У Фоки раздор в его банде… Не хочешь попробовать воспользоваться этим?

— Ладно, пойду, посмотрю, что у них там.

Часто оглядываясь, Борис кратчайшим путём выбрался из котлована и, стараясь не привлекать к себе внимание, принялся осматривать территорию стройки.

***

Проследив за Костоломом и Хасаном, Пётр оказался среди нагромождения железобетонных плит. Проход, ограниченный плитами, заканчивался тупиком, где в окружении нескольких осуждённых Кондрат и Каток о чём-то оживлённо беседовали с Фокичевым, то и дело пуская в ход кулаки.

Часто озиравшийся по сторонам, Хасанов давно заметил Петра, но не знал, как на него реагировать.

Костолом шёл быстро, не оглядываясь; легко отшвырнув Кондрата, он направился к Каткову; но тот, душа одной рукой Фокичева и прикрываясь им, принялся отступать.

— Посторонних убери! — крикнул Костолом Хасанову, обернувшись.

Наблюдатели посторонились, но уходить не спешили: одних удерживало любопытство, другие же, испытывая враждебное отношение к Фокичеву, были возмущены появлением его защитников. Видя, что угрозы и оплеухи не действуют, Хасан вопросительно уставился на Петра, вероятно, надеясь на его помощь. Семёнов, действительно, быстро избавил Хасанова от необходимости выполнять трудное поручение, одним ударом отправив его в глубокий нокаут. Устранив возможную помеху, Пётр направился к Костолому, который к тому времени уже успел несколько раз весьма ощутимо достать Каткова через голову Фокичева, а теперь повернулся и готов был встретить нового противника. Сохраняя дистанцию, Пётр нанёс несколько резких ударов. Слегка пошатнувшись, Костолом лишь ещё больше разозлился и бросился вперёд; однако Пётр ушёл в сторону и повторил серию.