Читаем Нарушитель правил полностью

Завтрак оказался не таким уж плохим, как я опасалась. Тетя и дядя Сорена не смогли приехать, но Харпер была на месте. Она выглядела как босс на шпильках и в дизайнерском костюме. Мы впятером слонялись по гостиной, ведя в основном неловкие светские беседы, пока Исак не позвал нас за стол. Все происходящее казалось сюрреалистичным, и я не понимала: проживаю ли я это или просто снимаюсь в старом ситкоме.

По большей части его семья относилась ко мне как к украшению, которым я притворялась. Несколько раз я замечала, как Харпер смотрит на меня, словно не может раскусить, но никогда – открыто. Никто не упоминал о сцене в ресторане.

Без этого натянутого разговора я бы могла обойтись, однако еда была восхитительной. Сорен бросил на меня довольный взгляд, когда я молча облизала ложку, покончив с хлебным пудингом в рекордные сроки. Он подтолкнул свою миску ближе ко мне, и я не стала терять ни секунды, обменяв ее на свою пустую.

Его рука нашла мою под столом, и от ее тепла у меня на мгновение сжалось горло.

Сорен наклонился ближе, чтобы коснуться губами моего виска, а затем выпрямился и повернулся лицом к родителям. Я нахмурилась, глядя на его позу, словно он готовился к битве. До этого момента из нас двоих именно он вел себя расслабленно, чтобы мне было комфортно.

– Вы приедете ко мне на игру в эти выходные?

Его родители обменялись молчаливыми взглядами, затем мама покачала головой.

– Мы обещали Миллерам, что пообедаем с ними. Кроме того, ты же знаешь, что мы не любим смотреть футбол.

Их ответ не удивил меня, но мне было больно за Сорена.

В эти выходные у него была последняя игра в сезоне. Команда потерпела одно поражение, но потом они реабилитировались, а это означало, что они обеспечили себе выход в полуфинал. Я несказанно гордилась им за то, что он выстоял и провел свой лучший сезон, несмотря на все то дерьмо, которое творится в его жизни.

Сорен аккуратно положил салфетку на стол рядом с пустой тарелкой.

– Возможно, это ваш последний шанс увидеть, как я играю в университете.

Глаза его мамы загорелись.

– Значит ли это, что ты наконец-то прекратишь возиться с футболом и сосредоточишься на получении диплома?

Ее взгляд перескочил на меня, потом обратно.

Я видела момент, когда он оставил последнюю надежду. Сорен покачал головой и издал сухой смешок.

– Нет. Я вовсе не это имею в виду.

– Но тогда почему…

– Я собираюсь участвовать в драфте НФЛ, а не заканчивать последний год.

Когда я советовала ему рассказать о своем решении друзьям, мне и в голову не пришло, что он расскажет об этом и родителям. Судя по тому, как он вцепился в мою руку, раньше ему это в голову тоже не приходило. Глаза Харпер округлились, но она не двигалась. Брови его отца взметнулись вверх, и он откинулся в кресле.

На целых десять секунд воцарилась тишина, и я услышала неровный ритм своего дыхания. Сорен смотрел прямо на родителей, высоко подняв подбородок и напрягая плечи в ожидании неизбежной ответной реакции. Его мама вытерла рот салфеткой, аккуратно сложила ее рядом с собой и положила обе руки на колени, прежде чем снова посмотреть в его сторону.

– Это ее рук дело?

Я отшатнулась назад, словно получила пощечину. Почему-то, несмотря на свою тревогу, я не ожидала, что меня будут прямо обвинять.

У Сорена на скулах заходили желваки.

– Нет. Это моих рук дело. Я планировал подождать до следующего года, но я готов.

Рот его мамы сузился до тонкой линии недовольства.

– Я не позволю тебе распрощаться со своим будущим ради прихоти.

– Ты тут не решаешь. Это мое будущее, и ничто меня не остановит.

Я улыбнулась, услышав отголосок своих слов, и сжала его руку.

– Я бы хотел, чтобы вы поддержали мое решение, но понимаю, что вам нужно время, чтобы все обдумать. – Он встал и притянул меня к себе. – Спасибо за еду и за все возможности, которые вы мне дали. Вы знаете, где нас найти, когда будете готовы.

Никто ничего не сказал, когда мы уходили.

Сорен провел меня через две комнаты и коридор, но я понятия не имела, где мы находимся относительно выхода. Я не отставала от него, украдкой поглядывая на его бесстрастное выражение лица.

– Ты в порядке?

Он замедлил шаг, и его лицо смягчилось.

– Я в порядке. Это должно было когда-нибудь случиться, но я рад, что все рассказал. Я устал все скрывать.

В моем желудке образовался узел под всем тем пудингом, который я уже пожалела, что съела. Записки тяготили меня, но я не хотела, чтобы он слишком остро реагировал на них, особенно сейчас, когда его родители вели себя как полные придурки.

Вместо этого я сосредоточилась на ярком моменте завтрака.

– Я горжусь тобой.

Он поднес мою руку к губам и поцеловал.

– Я тоже горжусь собой, и без тебя я бы этого не сделал. За меня никогда никто не боролся. Деррик и другие попытались бы, если бы я им позволил, но к тому времени, как мы встретились, я уже настолько привык быть сам по себе, что не знал, как их впустить. – Он мимолетно улыбнулся мне. – Ты не оставила мне выбора.

– Кажется, я помню, как именно ты отказался отвезти меня домой.

– Лучшее решение, которое я когда-либо принимал.