Читаем Направление — Прага полностью

Старшина Степан Иванович, командир колонны грузовых машин, согнувшись подбежал к «виллису» Семена. Тот протирал стекла. На лице у старшины было отчаяние.

— Прошу вас, Семен, спрячьте детей, потому что достанется прежде всего мне. Быстро спрячьте!

— Куда ж я их спрячу? И кому они мешают? Велю им, чтоб тихонько сидели в кабине, вот и все, что я могу сделать.

Старшина вздохнул и побежал назад к колонне.

Майор Донской, увидев командующего, вышел вперед и встал «смирно»:

— Товарищ маршал, докладывает командир танкового батальона. Батальон готов к выступлению.

Из ближайшего танка послышался голос диктора:

— Прага зовет на помощь Красную Армию! Прага зовет Красную Армию!

Конев прошел перед строем солдат, глядя в их лица. Останавливался перед водителями и танкистами, расспрашивал о техническом состоянии машин.

Вот он и возле «виллиса» Семена. За стеклом его внимание привлекла пилотка, из-под которой на него поглядывали любопытные детские глаза. Конев подошел ближе, постучал по стеклу, и тут же на него уставилась и вторая пара детских глаз.

— Надо же! — удивленно воскликнул Конев. — Наши уже готовят себе боевую смену. Чьи это дети? — спросил он у спокойно стоящего рядом Семена.

— Не знаю, товарищ маршал. Мы обнаружили их в лесу во время боя. Скорей всего бежали из лагеря.

— Вы установили, откуда они и чьи?

— Никак нет. Знаю только, что они из Чехословакии.

Конев распахнул переднюю дверцу. Ребята скорчились на сиденье перед рулем и боязливо смотрели на незнакомого военного. В ногах у них, в ящике, ворчал щенок. Конев улыбнулся.

— Я гляжу, у тебя тут целое хозяйство.

— Все они сироты, — проговорил Семен, словно оправдываясь.

— После войны сделаем тебя на Родине директором детского дома для сирот, — продолжал шутливо маршал. — А свои дети есть?

— Были. Трое.

— И что же?

— Фашисты… сожгли всех…

Конев задумался. Постоял, потом нагнулся:

— А ну-ка, маленький солдат, выходи, устроим тебе проверку, — и взял Степку за руку.

Тот сперва неуверенно поерзал на сиденье, но, видя улыбку на лице незнакомца, выскочил из машины и встал, вытянувшись и выпятив грудь.

— Настоящий солдат, — похвалил его маршал и повел к выстроившимся шеренгам. Держа левую руку на плече Степки, правой он приветствовал танкистов.

Растроганный Семен остался стоять возле своей машины. К нему подошел генерал Рыбалко. Внимательно осматривая машины, он похвалил Семена:

— Приятно посмотреть на такую машину, чистая — прямо загляденье. Примерный шофер! — Тут он заметил Любку. — А это кто? Дочка?

— Нет, товарищ генерал, мы ее в лесу с братишкой нашли, видать, сбежали из лагеря. Не знаем чьи, но они из Чехии.

Рыбалко взял девчушку за руку:

— К тебе на родину отправляемся, в Прагу.

Подошел и Донской:

— Да, у него и автомашина и дети в порядке.

Рыбалко нагнулся к девочке и проговорил, обращаясь к Семену:

— Неподходящие тут условия для детишек…

Осмотр заканчивается. Офицеры штаба спокойны — они уверены, что люди и оружие в порядке.

Маршал Конев стоял перед выстроившимися войсками. Рядом был Степка. А Конев, глядя на солдат, замерших в ровных шеренгах, обратился к ним с речью, заговорил дружеским тоном:

— Товарищи! Наша Родина и Главнокомандующий поставили перед нами славную боевую задачу: помочь Праге, помочь пражским повстанцам в их борьбе за свободу. Я верю, что эту роль вы выполните с честью. Остатки вражеских орд намерены разрушить этот древнейший город и задушить восстание братского чешского народа. Наша победа над фашистским зверем здесь, в Берлине, в его собственной берлоге, обязывает нас довершить эту победу освобождением Праги, чтобы снова воцарился мир на земле.

— Товарищи! Слушайте приказ: отрезать врага от Праги стальным щитом и освободить город не позднее двенадцатого мая.

Вперед на освобождение Праги и чехословацкого народа!

«Ура! Ура! Ура!» — прокатилось по шеренгам.

Тихая майская ночь. Ветерок шевелит ветки деревьев и гонит густые тучи на запад. Месяц то вынырнет из тучи, то снова спрячется. Танкисты сидят в танках, саперы заняли места на танках. Приятно выспаться после стольких бессонных ночей! Жесткая сталь кажется мягчайшей периной. Но вот гул и грохот моторов пробуждают людей от сна. Колонна трогается.

Включил мотор и Семен. Дети продолжают спать, а щенок заворчал, почуяв, что на ступеньку «виллиса» поставил ногу кто-то чужой.

— Ну что, никто не ругался?

— А, это вы, товарищ старшина. Нет, обошлось. Сказали, раз вы разрешили, то и они не против.

— Ну, Семен, я же не против.

— Знаю, товарищ старшина, — улыбнулся Семен.

— До свидания в Праге! Следите за детьми! — И старшина соскочил с подножки.