Читаем Наоборот (СИ) полностью

Мира кивнула, после чего они направились в его каюту. Как только дверь закрылась, Пу-Эл облегчённо выдохнул и опустился прямо на пол, предложив Миранде сесть на стул. Эта каюта ничем не отличалась от её, да и, наверное, от всех прочих тоже. Голые белые стены, напротив двери иллюминатор, справа стул, стол, который при надобности можно убрать в стену, и шкаф, слева — капсула. Ничего лишнего, ничего такого, что помогло бы в случае ошибки понять, что это чужая комната.

— Я вам, наверное, показался параноиком, — виновато пробормотал Пу-Эл, робко приподняв взгляд. — Просто… Я не ожидал, что… Что хоть когда-нибудь встречу кого-то такого же. Неправильного. Как и я. А дома мне чуть боком не вышло это.

Его можно было понять, а потому Миранда улыбнулась, пытаясь тем самым сказать, что сейчас можно не волноваться. Она ведь тоже никак не ожидала подобного развития событий и знала, каким именно боком могут выйти отклонения. Это было ещё одной причиной покинуть родные края — никак не хотело исчезать чувство, что если продолжить жить там, то неминуемо вернут к изначальному состоянию.

— Мне знаком этот страх. Я не так давно избегаю ока системы, но всё же… Уже успела попасться. То ли невезучая такая, то ли стечение обстоятельств неудачное.

— Вас лечили? — с сочувствием уточнил Пу-Эл.

— Да. Не так уж давно. После этого тоже как-то хочется лишний раз обернуться. Однако давайте о другом. Скажите, у вас есть имя? Я не про то, что на шее указано, — поспешила уточнить Миранда, — я про подобное тому, что было раньше. Меня, например, зовут Миранда.

— Имя?.. Нет, у меня нет ничего подобного. У меня не было кого-то, кто мог бы дать имя. Или называть так.

— А тебе… Вам хотелось бы, чтобы я помогла в этом?

Пу-Эл кивнул, пробормотав попутно про то, что можно бы и на «ты» перейти, ведь так, наверное, будет удобнее и уютнее. Мира задумалась, припоминая, какое имя бы подошло при таком сочетании букв. Можно было, конечно, выбрать что-то случайное, но это ведь будет смотреться неуместно. Накручивая на палец прядь волос, она смотрела в потолок и болтала ногой, бормоча встреченные в книгах имена.

— Пауль. Мне кажется, этот вариант мог бы подойти, — наконец озвучила свой выбор Миранда.

— Па-уль, — по слогам повторил он, распробывая. — Па-уль… М-мне нравится. Это… Звучит гораздо лучше, чем Пу-Эл. Человечнее. А кто назвал тебя?

— Робот.

— Р-робот? — Пауль в удивлении приподнял брови. Роботов он повидал достаточно, но не мог представить, чтобы кто-то из них мог дать человеку имя. Они ведь были машинами от и до. В них даже подобного сбоя произойти не могло — нечему сбиваться.

— Это был очень необычный робот. В нём человеческого было больше, чем в тех, кто состоит из плоти и крови. И если бы не механическое тело, он был бы настоящим человеком, подобным тем, кто жил до П.П.

Миранда мечтательно прикрыла глаза, с тёплой улыбкой вспоминая проведённые с Тенеаном дни. Она была безмерно благодарна ему за то, что он «пробудил» её ото «сна», что показал этот мир с другой стороны, что сделал настоящей. Человеком, а не органической машиной без чувств и желаний и только с единственной целью — работать во имя будущего.

Медленно воплощая воспоминания в слова, она рассказала свою историю, утаив только самое личное. О случайной находке, о том, что Тенеан с самого начала был не похож на прочих роботов, о том, как в какой-то момент всего несколько его слов заставили её иначе взглянуть на мир, на положение вещей. О том, как она решила попытаться очеловечиться, как побывала за городом, об аварии, промывке мозгов, и к чему это привело.

Пауль слушал внимательно, затаив дыхание. Он и представить не мог, что подобное реально, что это действительно произошло. А после рассказал о себе. Пу-Эл с первых лет жизни был не таким, как все, но старательно это скрывал после того, как пережил лечение. Он понимал, что его отличие для всех остальных — неисправность, которую требуется устранить. Он искал поддержки и понимания, но сталкивался лишь с пустыми и холодными взглядами, которые были одинаковы что у людей, что у машин. Родители Пу-Эла — врачи, поэтому ему было с рождения уготовано пойти по этому пути. Уготовано, а не хотелось. Сердце не лежало к медицине, а желало исследовать Вселенную, искать в ней новые планеты и адаптировать их для жизни. Высказываться о своих желаниях было рискованно, вместо этого на практике пришлось доказать, что предрасположенность к семейному делу нулевая.

Выучившись, Пу-Эл начал путешествовать, но пока ещё только к различным населённым людьми планетам, на практике познавая, как приспособиться к тем или иным условиям. Да, условия менялись, а вот с людьми пока не особо везло — они везде были одинаковы. Иногда к нему присматривались слишком сильно, отправляли на обследования, что и породило беспокойство. Пу-Эл опасался, что несмотря на все старания, несмотря на умение в нужный момент стать как все, его однажды раскроют, промоют ему мозги. Ему никто не поможет, а значит, это событие поставит точку на его человечности.