«Это был мой стир-фрай, придурок».

После обеда я подмигнула одной первокурснице и дала ей номер Кейдена. Повредить это не могло, возможно, эти двое найдут общий язык. Возможно, – и я думала, что более вероятно, – Кейден с ума сойдет от того, что я дала его телефон.

Мобильник снова завибрировал.

«Не думай, что когда-нибудь получишь еще хоть одну каплю кофе. Я запру кофеварку в своей комнате».

Я фыркнула и остановилась посреди тротуара, чтобы набрать ответ.

«Думала, в нашей квартире нет ключей? Я сказал это только для того, чтобы ты не запиралась в ванной на несколько часов. Я был и остаюсь мастером разводов».

Чего?! Неужели это означает, что последние три дня я зря торопилась в ванной? Это, должно быть, шутка.

«Поцелуй меня в задницу, Кейден!!!»

«Это будет нарушением третьего правила, и ты это знаешь, Пузырик».

Я разочарованно фыркнула и положила телефон обратно в карман. Чертов кретин! Сначала он украл мою еду, а потом оказалось, что соврал мне. После лекций в первую очередь поищу в интернете, можно ли отказывать соседке по квартире в ключе от ванной.

И что это вообще за бессмысленное прозвище, от которого я, по-видимому, уже не избавлюсь? Пузырик. Неужели это из-за того, что я легко взрываюсь? Серьезно? Кейден, похоже, принадлежал к совершенно особому типу идиотов.

Когда я вошла в здание, где проходила последняя лекция, то решила выкинуть все мысли о Кейдене из головы. Ориентируясь на стрелки на стенах, я нашла нужный класс на первом этаже, в самом начале длинного коридора. Я проскользнула за дверь.

Большая часть студентов была уже там. К счастью, лекция будет камерной, без кучи людей и хаоса, который я ненавижу. Присутствовали даже взрослые студенты, которых было несложно отличить от первокурсников. Они разговаривали громко и непринужденно, в то время как новички молча сидели на своих местах и казались испуганными.

Я заметила девушку с короткими волосами, которая обедала с нами в столовой, и улыбнулась ей. Она знаком показала, что место рядом с ней свободно, и я начала пробираться к ней через ряды.

– Эй, новенькая! – позвал меня какой-то чувак.

Я решила проигнорировать его. Но едва я протиснулась рядом с ним, как он откинулся на спинку стула и шлепнул меня по попе.

Острая боль пронзила все мое тело, голова закружилась. Воспоминания, о которых я хотела забыть, всплыли в памяти. Кипящий жар прокатился по телу.

Я хотела идти дальше. Не устраивать трагедию. Сбежать…

Но когда я покинула Денвер, то решила никогда больше не допускать ничего подобного, защищать себя. Я развернулась на каблуках и гневно уставилась на парня.

– Не прикасайся ко мне. Ты меня понял? – Я старалась говорить спокойно, но удалось это только наполовину.

Парень примирительно поднял руки и нахально улыбнулся.

– Успокойся, это просто шутка.

– Тогда у тебя убогое чувство юмора, – произнесла я сквозь стиснутые зубы.

– Успокойся, – проворчал он, и его сосед по скамейке пробормотал что-то одобрительное.

– Нет, чувак, я не успокоюсь. Если девушка заинтересована в тебе, она даст это понять. Поверь, мы можем быть достаточно конкретными, – прошипела я. – Но если кто-то идет мимо тебя, даже не глядя в твою сторону, это не значит, что этот кто-то хочет, чтобы его полапали.

Теперь парень покраснел. То ли от злости, то ли от стыда, я не могла точно сказать.

– Держи свои руки при себе, Райан, – прозвучал знакомый мне голос. – Если, конечно, ты не хочешь познакомиться с моими. Поверь, ты этого не хочешь.

Кейден сидел напротив нас. Он скрестил руки за головой, вытянул ноги под столом. Его глаза весело блеснули, когда он заметил удивленное выражение моего лица. Он едва заметно кивнул мне, а потом потянулся к карману брюк.

Когда началась лекция и лектор представился нам, я услышала, как в кармане завибрировал телефон. Я незаметно достала его и разблокировала экран, чтобы прочитать сообщение.

«Ты сдала экзамен».

Глава 7

В течение следующих нескольких недель в мою повседневную жизнь входило все больше рутины, лето клонилось к концу. Наконец я могла вытащить свои ботинки и шейные платки. Я посещала лекции, много занималась с Доун и другими сокурсниками и постепенно ожила. В столовой я могла даже отличить вкусную еду от несъедобной – что это еще, если не прогресс?