Читаем Начало полностью

Сареф послушно поднялся и принялся натягивать на себя одежду, изо всех сил стараясь, чтобы это выглядело достаточно неуклюже. Однако, когда он стал зашнуровывать ботинки, то решил подыграть ещё, чтобы у кузины даже подозрений не возникло.

— Не получается, — пожаловался он, перебирая в пальцах шнурки, — я никак не могу запомнить, как правильно.

— Ничего, ничего, я тебе помогу, братик, — ласково прошелестела Джайна, наклоняясь и завязывая Сарефу ботинки, — ну вот, мы готовы, идём, скорее, идём!

Когда они вышли из комнаты, Джайна взяла Сарефа за руку и потащила его по этажу. Сареф, изо всех сил прикидывающийся тупицей, постоянно спрашивал, куда они идут, но Джайна лишь постоянно обещала кое-что жутко интересное.

По пути им встретилась служанка. Увидев Джайну, которая тащит за руку Сарефа, она нахмурилась:

— Леди Джайна, куда вы тащите вашего кузена? С ним всё в порядке?

— Поди прочь, грязная служанка, — выпалила Джайна, — а если ещё будешь лезть в мои дела, я нажалуюсь отцу, что ты подрала пол в моей комнате, и тебя отсюда выкинут на улицу!

Побледнев, служанка поспешно отошла в сторону. Чтобы не раскрывать себя, Сареф вынужден был молча пройти мимо.

“Гадина. Какая же ты гадина. Из-за тебя никто меня не любит. Из-за тебя никто за меня не вступится. Ну, ничего, сегодня ты за всё ответишь!” — с яростью думал он. Момент был слишком важный, впервые у мальчика появилась возможность полноценно отомстить, и он не собирался её упускать.

Наконец, они вышли на балкон, который выходил на сад поместья. И сегодня здесь стоял не слишком приятный запах. Сареф знал, почему это происходит. Потому что слуги в это время года привозят удобрения для деревьев. Так ему нянюшка Мимси говорила. И в эти дни они обычно на улице не гуляли.

— Вот, смотри, — Джайна перегнулась через перила балкона и указала на смердящую коричневую кучу внизу, — это — большая-пребольшая куча шоколада. Представляешь?

— Шоколад? Шоколад, — глупо повторил Сареф.

— Тебе нужно в него прыгнуть, братец! Он мягкий и вкусный! Будешь весь в шоколаде!

— Шоколад… Мягкий и вкусный… — глупо повторял Сареф.

— Давай, братец, это весело, — говорила Джайна, — становись на перила и прыгай!

— Шоколад… Весело… — бубнил Сареф, после чего внезапно сказал, — вот раз весело — сама и прыгай!

С этими словами он наклонился и, схватив кузину за ноги, перекинул её через балкон, прямо в кучу “шоколада”. И та со сладким для ушей мальчика визгом полетела вниз.

ПЛЮХ!

Перегнувшись через балкон, Сареф увидел, что Джайна барахтается в куче навоза и визжит так, как не визжала ещё никогда.

И в этот миг Сарефу стало так хорошо, так сладко, так весело, что он засмеялся. Он смеялся, смеялся, смеялся и никак не мог остановиться. Наконец-то всё стало так, как надо! Джайна хотела над ним подшутить — и она получила по заслугам! Как же сладок и прекрасен был этот миг.

В самом прекрасном расположении духа мальчик направился к себе в комнату. И сегодня был первый день в его жизни, когда его нисколько не огорчил тот факт, что по пути к себе он дважды споткнулся и упал на ровном месте.

Придя к себе в комнату, Сареф стал собирать своим карандаши и записи: занятия для мальчика начинались сразу после завтрака, и он брал все принадлежности с собой.

Однако едва он аккуратной стопкой сложил свои записи, как дверь в его комнату с треском распахнулась. На пороге стоял Исмарк, отец Джайны, с бешенством смотревший на Сарефа.

— Ты что себе позволяешь, грязный выродок?! Да как ты посмел тронуть мою дочь? А ну, иди сюда!

С этими словами он больно схватил Сарефа за руку и повалил его на кровать животом вниз. После чего сдёрнул с него штаны, короткий свист — и он ощущает страшный и болезненный удар по своей попе…

— Ай! Прекратите! — кричал Сареф, безуспешно пытаясь вырваться, — за что?! Ваша дочь так постоянно делала! Почему тогда её никто не наказывал?

Но Исмарк этого или не слышал, или ему до этого не было дела. Силы слишком быстро покинули маленького Сарефа. В какой-то момент удары перестали причинять боль. А ещё какое-то время спустя услышал женские крики, и очередной шлепок, который он почему-то не почувствовал, а затем его поглотила темнота.

* * *

Когда Сареф очнулся, то первое, что он почувствовал, это боль. Ужасная боль во всей задней части тела, начиная от спины и заканчивая коленями. Он попытался пошевелиться — и в следующий момент заскулил: настолько было больно. Внезапно рядом с ним кто-то закряхтел, а в следующий момент перед ним показалось знакомое лицо одной из служанок.

— Очнулся? Молодец. Пойду, извещу главу клана. Он скажет, как быть с тобой дальше, маленький хулиган.

— А… а почему вы… а где Мимси? — прохрипел мальчик. Женщина с завитыми в локоны серыми волосами обернулась и злобно захихикала.

— А свою Мимси ты больше никогда не увидишь, мальчик. Потому что эта дура позволила себе недопустимое поведение — и её сослали в рабство на овощные плантации. И поделом. Мне эта полукровка-южанка никогда не нравилась.