Читаем Начало полностью

Возможно, она тоже смотрела «Музей восковых фигур». Классный фильм. Там фигуры оживали и всех валили. Он по накурке смотрел, ещё в армии.

Девушка начала пятиться и таким макаром вышла в следующий зал. Штык снова надел очки, тихонько похохатывая — шаги участились, девушка бежала к выходу, минуя все залы. Да и правильно. Скучно тут. Тем более если такая красивая, чего в этой ушатанной выставке старого кино торчать? Лучше бы в ресторан шла, охмурять какого-нибудь лоха с толстым кошельком.

Штык зевнул и стал размышлять на тему вздремнуть или нафиг оно всё? Так-то можно. Помнится в прошлом году — пацаны рассказывали, они в павильон зашли, за ширму, да там по-тихому и торчали. Водки взяли, закуску. Их только на следующее утро нашли, да милицию вызвали — завоняло сильно и нашли. Туалета тут рядом нету просто, вот и завоняло. Ну а правильно, как без туалета-то? Нашли правда не сразу, ходили-то они, не там где сидели — ребята культурные, как ни крути, воспитание тоже есть. Так что ходили в соседний зал, на выставку солдат какого-то сильно далёкого века. К барабанщику. Дырку в барабане сделали и ходили. Заткнуть надо было, так может их и вообще никто не нашёл бы. Ушли бы своими ногами, а не на бобике милицейском. И уж конечно, Саньке Пургену, рёбра в отделе не переломали бы. Ну, пацаны не догадались. Бывает, чего уж там…

Глаза закрыл, устроился нормально, а уснуть не смог. Вот тоже гадство. Почему не получается задремать, когда хочется? Закон подлости. Есть такой в мире этом большом.

Штык вдруг ощутил тяжесть в груди, лёгкие начало жечь, он даже немного запаниковал. И тут непроизвольно глубоко вдохнул — сразу полегчало. О как. Дышать иногда всё-таки надо…

А ну его нафиг, зал этот. Есть и другие хорошие места. К тому же жильё искать надо.

— Понравилось? — Спросила старушка на входе.

— Ага, басявая хня, я попозже ещё припрусь. — Ответил Штык, вежливо улыбнувшись. Старушка чего-то нахмурилась, губы зло сжала. Странная какая-то.

Дождь кончился. Зато поднялся ветер. Злой какой-то, ледяной. Бррр, собака серая.

Куда же, куда податься? Штык пошёл прямо. К мосту. Там разберёмся. Но до моста не дошёл немного. Совершенно случайно, на повороте перед мостом, повернул голову и среди деревьев увидел черепичную крышу. Голову мгновенно прострелило воспоминанием. Серьёзно, как вспышкой пальнуло откуда-то от затылка и в лоб. Он как-то ходил там в гости. С кем забыл, куда конкретно тоже, но где-то там была малина. Не, не блатная, не воровская — наркоманы там обитали. Часто захаживали проститутки с огибающей город трассы. Те, которым жить негде. Иногда бомжи — их, в основном, гнали оттуда. Вонючие, гадят где попало. Один только всегда там жил, дед Власий звать. Странное имя, на звук корявое какое-то, поэтому его все Волосатым кличали. Вот он постоянно жил в маленькой комнатушке в самой глубине дома. И да, частный это был дом, брошенный почему-то. Тут на весь район других таких нет — вот его наркоманы с проститутками и приспособили под жильё. Зимой там холодновато должно быть, да и осенью тоже. Но как бы в подвал неохота всё равно.

Вспомнить бы только где конкретно дом этот находится. В памяти от того дома остались только крыша черепичная и крылечко. Впрочем, отсюда если смотреть, там вроде всего одна улица. По идеи, долго искать не придётся. Ну, значит туда.

Штык свернул и пошёл по обочине. Теперь уже просто кусок земли, без намёка на тротуар. Пожухлая травка, грязища, лужи на асфальте и редкие машины, которые едут по этой дороге — можно сказать задворки центра. Улица последних частных домов центральной части города. Когда-то давно тут весь сектор таким был, а теперь вот одна улица осталась. Длинная. Но обитает на всей её приличной территории всего пара десятков семей. Несколько лет назад, эту улицу вовсе собирались снести и застроить пятиэтажками. Отказались, не совсем понятно почему. Может денег не хватило, а может, не удалось договориться какой чиновник и конкретно сколько, с этого поимеет.

Длинный изгибающийся поворот кончился, Штык теперь двигался по ровной улице, убегающей куда-то за горизонт событий — зелёных насаждений много. Улицу видно на полкилометра, а дальше всё сливается в массиве застроек и деревьев. Идя по улице, Штык о таких вещах не думал — так, мысли мелькнули и исчезли. В основном, он размышлял о том, что делать, если компания не понравится, да пытался вспомнить какие-нибудь детали искомого домика. Как бы он вовсе не развалился за те несколько лет, что Штык сюда не захаживал.