Читаем На все четыре... полностью

– Премного благодарен! - абсолютно искренне произношу я, и тут же комплимент вдогонку. - Не думал, что у восточников найдется столь высококвалифицированный специалист по медицине.

– Много ты понимаешь в моей квалификации, - пренебрежительно дергает она плечом, но я-то вижу, что оценка ее профессиональных качеств ей приятна.

– Ну кое-что и я понимаю, - абсолютно серьёзно говорю в ответ. - Не знаю как обстоит дело с медицинским образованием, хотя оно явно имеет место быть, а вот многочисленная практика видна невооруженным взглядом.

– Однобокая практика, - немного грустно замечает медичка. - С колото-резанными ранами, переломами и ушибами я постоянно сталкиваюсь, а вот по болезням...

– Что же это, никто у вас не болеет обычными болезнями? Простудами, да расстройствами желудка?

– Ну почему же? Бывает. Вот только лечить их... Рабов не лечат! Симулянты, мол, они все, и всё. А у Шварца и его окружения свой медик есть. Так что мне только и остаётся, что вот вас штопать, чтоб на арену выйти могли.

– А охрана? Окружение Колизея?

– Да этих скотов только от похмелья по утрам лечить надо. Достали уже! Ладно, хорош болтать, мне еще нужно вашего соперника проверить. У него, вроде, нигде крови не было, но руку он как-то неловко держал. Похоже, связки в запястье ты ему порвал. Если кость не сломал даже.

– Врать не буду - сожалеть о его травмах я не буду.

– Все вы такие, - печально смотрит она на меня. - Вам жить всем тут считанные дни остались, а вы всё между собой собачитесь.

– Я к нему ничего не имел, - пожимаю я плечами. (Получилось как-то однобоко. Укушенное плечо опять отозвалось болью и высоко не поднялось.) - Это ж он на меня кинулся со своей железякой.

– Так я про это и говорю, - кивает она. - Вы, мужики, вечно на агрессии. Все писюнами меряетесь.

– Девчонки, надо полагать, не такие? - вопросительно выгибаю бровь. - Даже те, кто на арену попали?

– Много ты понимаешь, - совсем печально отвечает медичка. - Вот Скотинина с Глинок... Она ж вольная! Никто её силком на арену не тянул. Ну, разве она б сюда пошла, если...

– Если? - подбадриваю я замолчавшую девушку.

– Если б её Шварц на крючок не поймал. У нее же брат есть меньший. Больной. Диабет. Ему инсулин нужен ежедневно. То, что у них в Глинках в аптеках было, Скотинина сразу всё собрала. Вот на несколько месяцев ей и хватило. А теперь - кончился. А новых-то завозов нету. Некому делать больше. А у Шварца есть запас. Он аптеки качественно прошерстил. Вот и купил её за инсулин... Чем дальше по турнирной сетке уйдет, тем больше получит.

– А если она сразу погибнет?

– Всё равно даст сколько-то. Точнее, уже дал. Сразу, как она согласилась участвовать. Немного, но сразу. Ей тогда выбирать особо не приходилось. Брат уже на грани был. Вот так-то. А ты говоришь: девки агрессивные.

– А с Навой что? - пропускаю мимо ушей её необоснованное утверждение в том, чего я никогда не говорил. - Там же тоже явно какая-то гнилая история с её парнем?

– Ну, если, даже ты это заметил... - она просто махает рукой. - Парнем его назвал. Козёл он, а не парень! Задурил девке голову, и...

– Короче, Ведьма, ты долго тут языком чесать собралась? - в дверь заглядывает сам Цвет с парой охранников. У нас через два часа первый бой, а ты этого второго ещё, даже, и не смотрела. А если именно ему выходить? Давай, пошевеливайся!

– Без сопливых знаю, что делать, - вроде как независимо отрезала медичка, но сама тут же встала и стала собирать свой инструментарий в сумку.

– Поговори мне еще! - припугнул её Цвет. - Договоришься, сама на арену выйдешь.

– Ага, а резанных штопать ты, конечно - будешь лично?

– Найдём посговорчивее. Незаменимых у нас нет.

– Незаменимых нет, - решаю подать голос и я, вмешиваясь в чужой разговор. - Вот только и полной взаимозаменяемости тоже нет. Чтоб найти такого специалиста - нужно несколько тысяч попробовать, и всё равно, равноценной замены не получится.

– Твое какое собачье дело? - вызверился на меня начальник Колизея - Тебя кто вообще спрашивает?

– И в самом деле... Чего нам псам с петухами лаяться-то? - взбешенный я поднялся на ноги и качнулся в его сторону.

– Ах ты, козёл! - Цвет, заглянув в мои глаза, трусливо отступил за спину охранника. - Ну я тебе это припомню. Кровью харкать будешь, гандон.

– А ты давай на арену против меня выйди - подначиваю я его. - Только очередь займи, а то много вас таких... По весне из-под снега оттаивают. И все, как один, лютой смертью мне грозятся.

– Кержак, а ну-ка пусти туда пару своих ребят, чтоб его вежливости поучили, - гавкает он из-за спины телохранителя.

– Никак нельзя. Его же сам Шварц привел. А он и так, вон, «товарный вид» потерял. Уже объясняться придется как у нас такое получилось. А если его ещё отделать, то мы точно сами можем его место занять.