Читаем На пределе полностью

Ждет своего вдохновения,

Ищет родимый приют,

Так как мои все видения

Песни ему не поют.


Может за синею далью

В розовом облаке грез,

С прежней, своей, печаль

Ищет ответ на вопрос.


10.2022

Тьма и день

Осенний день укрыла тьма

И все померкло без обид,

И тишина, и тишина,

И даже ветер не гудит.


Гудит во тьме листвы пожар

И фонарей бегущий ряд,

И я всечасно жду удар

Уже семнадцать дней подряд.


Схожу тихонечко с ума,

Сижу, почти не шевелясь,

Осенний день укрыла тьма,

Над днем минувшим лишь смеясь.


10.2022

Бесконечная дума

Я храню потаенное знанье,

Я храню несказанную быль,

Недоступное миру молчанье,

Что впитала как будто бы пыль.


Всюду грохот и гул не понятный,

Я смотрю неустанно вперед,

Отражения всюду не внятны

И какой-то невнятный народ.


Я один, отдаленный от шума,

Мне не нужно от вас ничего,

Ведь моя бесконечная дума

Дорога мне и только всего.


10.2022

Холодный день

День немыслимо холодный

Некой нежностью объят,

Я счастливый и свободный –

У меня горящий взгляд.


По ночам зима все снится,

Но все мысли о весне,

Скоро осень завершится,

Канув в вечность, в глубине.


Небо ясное в молчанье

Без начала и конца,

Все стоит, как в ожиданье

И волнует лишь сердца.


Но в душе одни сомненья

Напрягают взор и слух

От того, что в час забвенья

Угасает сильный дух.


10.2022

Странный сон

Мне было холодно, я спал

И сон невнятный мне все снился:

Я погибал, я угасал

И на коленях все молился.


Сходил я медленно с ума

И был тревогою взволнован,

И надо мной смеялась мгла –

Ведь я был намертво прикован.


В моем мозгу рождалась ложь

И возникал, и свист, и ропот,

Меня с ума сводила дрожь

Теней безликих громкий топот.


10.2022

Конец тепла

Смотрю на желтую листву,

Смотрю на лужи и на окна,

Смотрю на небо – в синеву

Сквозь еле видные волокна.


Холодный воздух свеж и чист,

И отголоском лета веет,

И слышу птиц прощальный свист,

Что от печали тяжелеет.


Во всем какая-то тоска

И горизонт как будто низок,

Дрожит промёрзшая рука –

Конец тепла уже так близок.


10.2022

Весь изнемог

Я не умею вовсе ждать

И быть судьбе всегда покорным,

Разлукой чувства проверять

И спасть как будто под снотворным.


Я не угоден всем и вся,

И для меня это не ново,

Ведь не могу сказать любя

В ответ любимой даже слова.


В себе привык я все таить,

Смотреть на все смущенным взглядом,

С людьми чужими говорить

Моя душа совсем не рада.


Я весь как будто изнемог,

Приняв в ответ свое мученье,

И, как изнеженный цветок,

Все жду чудесное забвенье.


10.2022

Не так

Уж скоро осень завершится

При свете бледном и дневном

И белый снег опять кружится

Все будет так же за окном.


Зимой начнется жизнь другая –

Ее совсем не долго ждать,

Ведь эта осень золотая

Свой завершает ход опять.


Я все считаю по неделям

И провожу с тоской обряд,

И нахожусь под бурным хмелем,

Приняв в себя ее заряд.


И я от этого в смятенье,

И я достал свой белый флаг,

Поскольку в этом измеренье

Все изменяется не так.


10.2022

Повсюду

Повсюду свет, повсюду зданья,

Не ощущаешь и ночи,

Не понимает и сознанье,

И отдает свои ключи.


Повсюду мрак и ожиданье,

И розовеет тишина,

И чувств великое терзанье

Опять стучит в стекло окна.


Плывет картина пред глазами,

Сливая мрак и пустоту,

Лишь полуночными часами

Так быстро, ловко, на лету.


10.2022

Прошлое

Сведены уже с прошлым все счеты

И оно не трещит, не зовет,

И его еле внятные ноты

Даже ветер уже не поет.


Все так просто, нет смысла лукавить,

Ждать чего-то от старых имен,

Я сумел в своем прошлом оставить

Пережиток всех этих времен.


Ничего я дурного не вижу

В том, что это случилось со мной –

Жизнь похожа на странную жижу,

Что меняется в форме порой.


Все случается быстро и резко,

Заполняя собой пустоту,

Так уверенно, сука, и дерзко,

Приглушая всего суету.


10.2022

Грустная ода

Я в жизни так много напутал,

Как будто был в тяжком бреду,

Сомненьем своим все окутал

И нес лишь одну ерунду.


Такое и раньше случалось

И длилось какие-то дни,

И страшным таким не казалось,

Как в небе ночные огни.


Как будто бы все это снится

И просто играет со мной,

И просто, и просто искрится,

Как снег прошлогодней зимой.


Быть может, все это свобода,

Что в сердце своем я храню,

А может и грустная ода

Мне пилит, и режет броню.


10.2022

Плен и свобода

Сладкий плен или только свобода,

Или жуткий и яркий пожар

Взяли в плен свой меня на полгода

И отняли священный мой дар.


Словно камень упал мне на плечи

И сжимает одной темнотой,

Чтоб не думал об этой я встрече,

Что предначертана только судьбой.


Я не ждал никого у порога

Средь холодной и дерзкой ночи,

И молил уберечь меня Бога,

Если вдруг не приедут врачи.


Мой покой сберегут только вьюги,

Успокоит меня лишь туман,

Так как в этом кармическом круге

Всюду страсть и какой-то обман.


10.2022

Связь

В ясном небе полно облаков,

Всюду волны знакомых времен,

Стук и шорох каких-то шагов

И созвучие странные имен.


Все никак не могу я понять

Эту странную сущностей связь,

Чтоб однажды, как снова, опять

С сердца грешного вышла вся грязь.


За волною идет лишь волна,

Пеленой уходящего дня,

Что тревог бесконечных полна

И сверкает чуть ярче огня.


И несет некий трепет в молву,

Бесконечное в тленном храня,

Воплощается лишь на Яву

И скрывает пределов края.


10.2022

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков , Канта Ибрагимов

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература