Читаем На острие луча полностью

— Я не о том. Что же ты, фараон, раньше молчал? Дай я тебя поцелую. Ты же решил мою головоломку. Возьмем с собой лазер, и с любой планеты он отправит нас обратно. Уразумел?

Ведь до чего же оказалось просто. Нет, просто проще простоты простейшей. Ну почему я такой человек? Ненормальный, недоразвитый, честное слово! На таких пустяках срываюсь. Если школьник попросит меня решить задачу за пятый класс, я просто побоюсь решать ее. Не решу.

Да, когда мы решаем сложные многоэтажные уравнения, то обязательно думаем, что у них должно быть непременно длинное, запутанное решение. А они решаются одним махом, на одном дыхании. Я уподобился одному чудаку, решавшему уравнение 5х — 1 = 9 ± 2х. Он единицу выразил через sin/cos, двойку разложил и пошел писать на сорока страницах мелким почерком, погряз в дебрях высшей математики и запутался окончательно. Разница лишь в том, что тот чудак сошел с ума, а я пока нет.

Квинт просиял и, не сговариваясь, мы пустились в пляс. Квинт ударял пальцами по пяткам и кричал: «Юх, юх». Кто-то стал в такт хлопать в ладоши. Это пришел Тоник.

— У вас веселье?

— Разминаемся. Как успехи?

— Все сдано. Диплом в кармане. Потому и пришел. Радость!

— У нас тоже праздник. Квинт выдал на-гора решение. Проходи, Тоник, садись.

Тоник краешком глаза покосился на меня, подумав, наверное, неужели такой несерьезный человек может спасти его отца. Хотел спросить, как мне показалось что-то существенное и вдруг сказал:

— А каково ваше мнение об открытых планетах?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Тоник оживился.

— Неужели вы ничего не знаете? Все только и говорят об этом. Куда ни сунься — тема одна.

— Представь себе — ничего. Мы в последнее время так много работаем, что совершенно оторвались от событий, происходящих в мире. Что же это за планетки?

— Все до сих пор думали, что у Земли один единственный спутник — Луна. Каково же было удивление астрономов, когда они обнаружили два неизвестных тела, вращающихся вокруг Земли с апогеем три тысячи километров и с перигеем две с половиной. Причем, они находятся друг от друга на расстоянии полумили и их называют одной двойной планетой. Поразило всех то, что они появились не сразу, а постепенно, как появляется изображение на фотобумаге при проявлении. Но и это еще полчуда. С помощью крупнейших телескопов были получены их фотографии. И что вы думаете? На одной из них отчетливо запечатлена наша земная, обыкновенная муха. Муха!

Тоник плотно сжал губы и уставился мне в глаза, желая проверить, какое впечатление это производит на меня.

Я, признаться, опешил. Знать, маловато мы взяли нуль-пространства, и оно со временем рассеялось. Но я, конечно, не выдал нашу тайну. К чему смущать этого доброго малого. Я изобразил удивление.

— Муха?! Не может быть.

— Вот именно, муха. И не просто что-то похожее, а именно — муха, с ножками, с хоботком, крылышками, словом — натуральная.. А на второй фотографии… что бы вы думали?

Тоник сделал паузу, надеясь еще больше огорошить нас.

— Клоп, — брякнул Квинт.

Эффект явно был испорчен. Тоник покосился в его сторону:

— Вы знаете?

— Мне-то не знать, когда я сам с Филом этих окаянных…

К счастью, Квинт сидел по правую руку от меня, и на слове «окаянных» я хорошенько двинул его по локтю. Он дернулся и торопливо закончил:

— …окаянных клопов видел во сне.

— Но при чем здесь сон?

— Да уж очень много их было и кусались они сильно. Забыть не могу. Вот и сказал.

— Н-да. Странное совпадение. Ну, ладно. Я еще не все рассказал. Какая это была сенсация! В довершение к этому изо всех стран стали поступать сообщения, что исчезли мухи и клопы. Ученые не могли найти этому объяснения. На земле исчезли, а на небе появились. И тут началось! Клопов и мух искали повсюду. Это же интересно. Мир трясла лихорадка. В некоторых странах объявлено приличное вознаграждение тому, кто найдет хотя бы одну живую муху или клопа. Каждому хотелось заполучить награду. В домах были переворочены вещи и мебель. Все напрасно, — Тоник тяжело вздохнул. — Признаться, и я пробовал найти клопа. В моей комнате есть старинная картина какого-то неизвестного художника. Сколько я себя помню, они всегда жили за этой картиной. Нигде не было, а там жили.

Заглянул туда — чисто. А мух! Где только их не искали. Стыдно даже сказать, куда я заглядывал. Несметные толпы «охотников» кинулись в леса, истоптали огромные пространства в надежде найти хоть маленькую мошку. И что же? Ни одной. Как на беду оказалось, что представителей этих насекомых почти нет у энтомологов и в коллекциях. Уж слишком обычными и распространенными их считали. Премия возросла. А зачем за ней гнаться, если клоп с мухой в космосе. И это в наш век!