Вопрос поставил Отвратня в тупик и ещё больше разозлил. Он бы с удовольствием стёр мерзкой тётке память, но неудавшийся опыт с матерью Кукуни научил, что это не поможет. Неизвестно, какие родственники у этой!

Кроме того, Норон уже знал причину скоропалительного выселения. Вычитал, что было не сложно. Причина лежала на поверхности, но уходила корнями в самую глубь. Деньги. Кто-то предложил больше. И попросил побыстрее и пораньше. Сумма была такая, что, пожалуй, даже полное вычищение памяти не поможет!

– Ты католик или кто ещё? Баптист? – прищурилась тётка.

– Не совсем, – промямлил чужак.

Обычно такой ответ выручал. Но не в этот раз.

– Что значит «не совсем»?! – заорала хозяйка, так что у Норона уши заложило.

В качестве главной причины преждевременного выселения был назван «постоянный шум», который беспокоил соседей.

Вторая причина: «слишком много гостей».

– Ты или православный, или нехристь! – продолжала хозяйка, не понижая тона. – Ну, с тобой я сразу поняла, что из тех! Странный ты какой-то! Понаехали тут!

– Так мне можно остаться хотя бы до конца месяца? – робко спросил Норон.

– Неделя! – тётка в десятый раз окинула взглядом пустую комнату.

Коконы были надёжно спрятаны в ближайшем Слое, но проблема была в другом: Норон истратил всех «Посвящённых», и теперь некому было убирать мусор.

– Мне этот бардак потом месяц выносить придётся! – заявила хозяйка и принюхалась. – Ты что, кошку держишь?

– Нет! Конечно, нет! – воскликнул Норон.

Как оказалось, слишком громко.

– Не смей на меня орать! – завизжала тётка, выпучив глаза. – Он ещё орёт на меня! Три дня! Всё! И если не освободишь, милицию вызову!! Попрыгаешь тут у меня!!!

Когда она ушла, хлопнув дверью, Норон подошёл к зеркалу в прихожей и внимательно всмотрелся в отражение. Худенький длинноволосый студент, который клялся, что жильё надёжное и волноваться не о чем, теперь существовал только в памяти Отвратня. Как и остальные «Воины Света», он стоял на пороге новой жизни – и срок рождения только что был определён.

Норон вернул себе прежний рыжий облик – однако отражение не изменилось.

– Не нравится мне этот мир, – сказал Траквештрерия и ударил кулаком по стеклу.

На мгновение зеркало затуманилось.

– Здесь всё скверно устроено, – продолжал Зазеркальщик и оскалился. – Не по правилам!

В первый раз с начала их знакомства Норон видел, что Траквештрерия выражает эмоции.

«Старик не привык проигрывать, – подумал Отвратень. – Слишком долго был бессмертным и непобедимым!»

– Согласен, – рыжий маг ободряюще улыбнулся отражению. – Сплошной бардак! Но мы их накажем!

Он посмотрел на коконы, вернувшиеся в Земную Явь. Ровные и одинаковые, идеальной формы, словно зёрна, отобранные для посева. У некоторых оболочка кое-где треснула, и в щёлки выглядывала багровая плоть. Тварям не терпелось выйти в свет, и Норон усмехнулся, радуясь спешке.

Ему пришлось изменить формулу Вражниц, чтобы освободить их от ненужных способностей – и усилить другие таланты, более важные для предстоящей миссии. По сути, они перестали быть «Посланницами». Тварей следовало называть как-нибудь иначе. Норон ещё не придумал для них нового имени – хотелось подобрать что-нибудь эффектное…

Он вышел на кухню, протиснулся между коконами и прижался лицом к окну. Город был скрыт за падающим снегом и хрустальной изморозью на стекле, но Отвратень чувствовал, как там пульсирует жизнь и перекатывается бесконечными волнами.

– Через три дня, – повторил Норон и провёл ногтём по стеклу. – Жду – не дождусь!

* * * 02:08 * * *

Здравствуй, Злата! Не знаю, с чего начать…

Давно уже подумывал о завещании, но руки не доходили. Тем более, что писать ненавижу. Но оставлять тебя без ответов будет неправильно – ты же мой заместитель! Решил записать на кассету.

Ты услышишь эту запись, если со мной что-нибудь случится. То есть уже случилось, и это наш последний разговор. Наверное, надо что-нибудь сказать… про нас... Но ты и сама всё понимаешь, верно?

Раньше я ничего тебе не рассказывал. Из-за Макмара. Он легко тебя читал, не стоило разбрасываться секретами! Потом началась история с Отвратнями. Мне самому понадобилось время, чтобы разобраться.

В девяностых, когда я стал Стражем Границ, а ты ещё доучивалась, возникла у меня идея: а что если перекрыть норы, проложенные Лоцманом? Мне говорили, что это невозможно. Но захотелось попробовать. И я пошёл искать самый первый портал. Обычно его маскируют. Оказалось, он на виду. На «Площади Революции». В замурованной арке между пионерами.

Это на платформе, где пионеры – первые, если смотреть по движению поезда. Там вход на Землю, которым воспользовался Лоцман. Прямо в замурованной арке.

Я побоялся входить туда. А я тогда, кажется, ничего не боялся, после чистки-то! Ни одной лишней эмоции. Мне было всё равно. И я умел работать с порталами, установленными Лоцманом. Потому что Лоцман устанавливает порталы для людей. Но там была не нора даже, а тоннель! Стабильный тоннель векторного типа, открытый наружу.