Богатые народы не откажутся от своих богатств, пока их не принудят к этому. Вы видите, девять богатых наций, девять промышленных стран сидят здесь и диктуют свои условия. Собираются они отказаться от всех природных ресурсов мира? Не думаю, пока их не заставят. Можно только гадать, что произойдёт, если их вынудить силой. Я думаю, они не сдадутся, даже если им придётся лишиться всего.

Даже этот (указывает на кого-то) сидящий здесь пацифист будет сражаться до конца, отстаивая свой образ жизни и свой образ мыслей. Я ему совсем не верю. Он будет биться. Сегодня он, возможно, пацифист, но завтра, если забрать у него всё имеющееся, я не удивлюсь, что он прибьёт и меня, своего лучшего друга.

В: Непохоже, чтобы вы были настроены оптимистично.

О: Какова она, разница между оптимистом и пессимистом? Это просто изощрённый способ давать определения: что оптимист не сдаётся и он не беспокоится, верит, что каким-то образом он может поддерживать свой образ жизни и свой образ мыслей. Вот и всё. Он прибегнет к любой силе, чтобы сохранить образ жизни и образ мыслей.

В: Я чувствую, что многие вещи, о которых вы говорили за последние годы, сбываются.

О: Я не сижу здесь, похлопывая себя по плечу и говоря себе или вам: «Я же говорил». Вовсе нет. В любом случае, большое спасибо.

Глава 7. Конец иллюзии это смерть

Где-то на пути с человеком случилось самоосознание, что отделило его от полноты жизни вокруг.

Единственная функция мозга заключается в заботе о физическом теле и поддержке его чувствительности. Но мысль, посредством постоянного вмешательства в деятельность органов чувств, разрушает чувствительность тела.

Для тела вообще не существует никакой смерти. Единственная смерть это прекращение иллюзии, конец страха, конец знания, имеющегося у нас о себе и об окружающем мире.

В природе так много необычайного. Вам не удастся подражать ей.

Мысль мертва и никогда не сможет коснуться ничего живого. Как только она пытается коснуться жизни, она уничтожается живым качеством жизни.

Всё необходимое для выживания этого живого организма уже имеется. Всё собранное и накопленное нами посредством интеллекта не идёт ни в какое сравнение с огромной разумностью тела.

В: Слушая вас и читая две ваши книги, я ощущаю, что вы говорите об отсутствии личности, отсутствии души, отсутствии чего бы то ни было. Вы говорите о том, что вся жизнь проживается в физической форме и восприятии органов чувств.

О: Не отдельно от окружающей жизни. Это единый элемент. Не могу ничего утверждать, но когда-то в человеке возникло самоосознание, что отделило нас от полноты окружающей жизни. (Мы не знаем наверняка, существует ли эволюция; мы лишь допускаем это. Мы принимаем то, что говорят на эту тему сведущие. Они провели научные исследования и создали так называемую теорию эволюции.)

В: Вы пытаетесь сказать, что жизнь воспринимается нами лишь посредством тела, посредством органов чувств, и что вся суть человека содержится лишь в теле?

О: Что именно вы понимаете под словом «жизнь»? О жизни никто ничего не знает, и нет смысла давать ей определения. Всё, что мы говорим о жизни, лишь спекуляции с нашей стороны. Наша попытка воспринять или понять нечто, вроде жизни или чего-то ещё, совершается лишь посредством уже имеющегося у нас знания о воспринимаемом. Но мысль это нечто мёртвое. Это нечто, что никогда не сможет коснуться ничего живого. Как только она пытается коснуться жизни и ухватить её, удержать её и выразить, она уничтожается живым свойством жизни. То, что мы называем жизнью, на самом деле не биография, а сам процесс жизни. Жизнь это наша взаимосвязь с окружающими нас людьми, окружающей нас жизнью и окружающим нас целым миром. Вот и всё, что мы знаем. Вообще-то эти взаимоотношения не основные, а возникли из нашей потребности стать едиными с жизнью. Поэтому, что бы мы ни делали, какую бы ни предпринимали попытку стать едиными с жизнью, всё бесплодно, потому что у нас нет способа установить взаимосвязь с окружающей жизнью.