Читаем Мыс Иерихон полностью

В субботу Джесси занимался своим обычным делом: тренировал детскую команду пловцов «Блейзерз». После этого он шел в свой офис, погружался в работу и постепенно изнурял себя. Он готов был заниматься чем угодно, лишь бы не испытывать боль воспоминаний о насильственной смерти.

— Я только что из гимнастического зала, дай мне время…

— Сейчас же.

Она повесила трубку.

Юридическая фирма «Санчес-Маркс» занимала верхний этаж здания, построенного в испанском стиле. Оно стояло неподалеку от здания суда. Проходя по коридору, я посмотрела в окно, занимавшее всю стену, на нависшие над городом рваные серые облака, давившие на красные черепичные крыши домов и мокрые пальмы. Мимо пролетела стайка воробьев. Кабинет Лавонн находился в конце коридора. Я пригладила волосы, пытаясь прилично выглядеть. Джесси же мог позволить себе являться на ковер неряшливым, но он уже находился в штате. Я окликнула ее по имени.

— Открыто, — ответила она.

Лавонн стояла у окна, скрестив руки. Она была вся в черном — от широких брюк до высокого воротника свитера. Непослушные темные кудри и очки дополняли общий вид — и городской, и восточный, и настолько не соответствующий Санта-Барбаре, насколько это только было возможно. Ведь жила она здесь всего двадцать пять лет.

Я пригладила свои бедра.

— Извини меня за такой вид. Я занималась…

— Чем? Колотила боксерскую грушу? Толкала ядро? Ела металлические опилки?

— Почему такая спешка?

Она отвернулась от окна. Что могло ее так взволновать? Отчего она вызвала меня именно сегодня? И что я должна была ответить: да или нет?

Она сняла очки.

— Я должна задать тебе вопрос и хочу получить на него правдивый ответ.

Ну и ну! Неужели она считала нас с Джесси слишком пылкими любовниками, чтобы позволить нам работать вместе? Я попыталась оценить выражение ее лица. У Лавонн было всего несколько слабостей — по отношению к ее ученому мужу, к ее сексуально озабоченным дочерям, которые сейчас улыбались с фотографии на столе, и к Джесси. Она восхищалась тем, как он жил — бесстрашно, не сворачивая с избранного пути. Если встанет проблема выбора между Джесси и мной, то у меня не останется никаких шансов.

— Разумеется, — сказала я.

— Ты когда-нибудь прежде видела вот это?

Она подала мне листок бумаги. Нечто странное. Это была фотокопия трех чеков. С многозначными цифрами, составляющими в целом почти пять тысяч долларов. Чеки были выписаны на имя Эван Делани.

— Ты получала наличные по этим чекам?

У меня начало стучать в висках.

— Нет.

Я бегала глазами по фотокопии. Имя на чеках было, безусловно, моим, и оно было вписано в графу «Выплатить подателю сего». Потом я увидела номер счета, с которого снимались деньги по этим чекам. Меня охватило чувство омерзения. «Датура инкорпорэйтед».

— Что это означает? — поинтересовалась я.

— Деньги по этим чекам были украдены у «Датуры».

«Датура» была важным клиентом фирмы. Новость не из приятных, точнее, очень неприятных.

— Я не брала этих денег, Лавонн.

Она опустила плечи.

— Тогда объясни, каким образом на чеках оказалось твое имя.

Ноги у меня сделались ватными.

— Не могу.

«Датура инкорпорэйтед» была основана для ведения дел Карен Джимсон и ее мужа Рики, известного в свое время под именем Слинк. Он являлся солистом джаз-банда «Джимсонвид». Они были миллионерами и жили в огражденном высоким забором поместье в Монтесито. Карен инвестировала деньги Рики, а он планировал очередное реабилитационное турне.

Земля ушла из-под моих ног еще на несколько футов. Никакого случайного совпадения в этом не было.

— Карен позвонила мне домой час назад, — сказала Лавонн. — Они дали мне шанс разобраться с тем, что произошло, не сообщая о случившемся полиции. Так что если у тебя есть что сказать мне, то говори это сейчас. Они с Рики уже едут сюда.

Усилием воли я заставила себя дышать ровно.

— Хорошо. Давай выясним все здесь и сейчас.

Но у меня свело губы. В восемь часов утра в субботу видеть можно было кого угодно, но только не Карен Джимсон, Железную Фею.

— Ты была в поместье три недели тому назад, так ведь?

— Да, так. Я привозила проекты соглашений с синдикатом «Эмбаркадеро». — Я попыталась взглянуть на дату подписания чеков, но перед глазами у меня все сливалось. — Именно тогда их и украли?

В коридоре звякнул лифт. Мгновение спустя послышался возбужденный голос:

— Куда здесь все подевались?

По полу застучали каблуки.

Лавонн надела очки.

— Мы здесь.

В дверях появилась Карен. Увидев меня, она скрестила руки и оперлась о дверной косяк, выставив вперед бедро.

— Разговор о твоей наглой выходке. — Она горделиво вошла в кабинет, жуя резинку. — Идиотское начало уик-энда, скажу я вам. Я имею в виду получение вчера этих чеков из банка.

Я повернулась к ней:

— Я их не крала.

— Ну давай, давай, отнекивайся. Вой на какую-нибудь другую луну, малышка.