Читаем Мстительный дух полностью

С тех пор, как двое, чьи имена никогда нельзя было произносить, нарушили равновесие, которое было столь естественным, что никто из них даже не сознавал его существование.

Ноктуа взял у Малогарста инфопланшет и изучил дисплей. Его взгляд метался между содержимым и голограммой. Аксиманду нравилась его дотошность. Она была под стать его собственной.

— Итак? — сказал Гор. — Лев Гошен утверждает, что у тебя дерзкий голос, Граэль. Воспользуйся им. Просвети нас.

— Луна, — произнес Ноктуа с ухмылкой дикого волка. — Я бы вспомнил Луну.

«Просвещение Молеха» было быстрым кораблем. Быстрейшим во флоте, как любил хвастать его командир. Капитан Аргаун пользовался малейшим поводом, чтобы превозносить достоинства своего корабля — эсминца типа «Кобра» с двигателями, которые лишь тридцать лет назад прошли капитальный ремонт, а также с хорошо обученным и мотивированным экипажем.

Что более важно, «Просвещение Молеха» успело попробовать крови, чего нельзя было сказать о большинстве звездолетов боевого флота Молеха.

Капитан Аргаун сражался с налетчиками-ксеносами и предприимчивыми пиратскими катерами, которые годами орудовали из астероидного пояса в центре системы. В нем в правильной мере сочетались агрессивность и профессионализм.

И, что самое лучшее, ему везло.

— Как они смотрятся, мистер Кайру? — спросил Аргаун, откинувшись на своем капитанском троне и отстукивая на встроенном инфопланшете обновленные командные замечания. Позади него младший рядовой состав выдирал из лязгающих самописцев свитки с приказами и бежал их исполнять.

— Никаких изменений поведения, скорости или строя, капитан, — отозвался лейтенант Кайру со своего места над бригадами боевых ауспиков. — Крупные силы в авангарде, по меньшей мере, семь кораблей. Остальная часть флота следует позади постепенно расширяющимся фронтом, за ними прячутся грузовые транспорты и челноки с титанами. Похоже на развертывание окружения планеты.

Аргаун издал ворчание и поднял взгляд на обзорную панель — сплющенный, окантованный сталью эллипс, куда загружали позиционную информацию многоуровневые ряды встроенных сервиторов.

— Стало быть, стандартная тактика Легионов, — произнес он практически с разочарованием. — Я ожидал от Магистра Войны большего.

Обзорную панель заполнила вращающаяся сфера пространства атаки, освещенная опознавательными значками и проматывающимися потоками данных. Некоторым капитанам нравилось видеть открытый космос, но Аргауну подобное всегда представлялось совершенно бессмысленным. Учитывая дистанции в пустотной войне, самое большее, что мог увидеть капитан — при везении — мерцающие точки света, которые исчезали почти сразу же после появления.

Он увеличил проекцию поля боя. Руны-сигнификаторы определили большинство кораблей приближающегося флота.

Гвардия Смерти и Сыны Гора.

Ни тот, ни другой Легион не отличались изяществом. Оба были знамениты свирепостью. Именно на последнем качестве и строилась провоцирующая стратегия адмирала Бритона.

«Просвещение» возглавляло быстроходную флотилию из шести скоростных ударных кораблей, и их задачей было заманить предателей под зубы орбитальных платформ.

— Вот ты где, — произнес Аргаун, выделяя алый символ, отображающий «Мстительный дух», и почувствовал, как по его аугметическому позвоночнику прошла дрожь предвкушения. «Просвещение» и сопровождавшие его корабли находились далеко за пределами досягаемости орбитальных пушек. Они были без прикрытия, однако Аргауна это не тревожило. Он слышал, как Тиана Курион говорила, что Легионы в бою подобны богам войны, но это был типичный армейский бред.

В пустоте воинская доблесть ничего не стоила.

Выстрел лэнса или взрыв торпеды с равной легкостью убивал легионера и палубного чернорабочего, а любой капитан, которому хватило бы безалаберности подпустить корабль Космического Десанта достаточно близко для начала абордажа, заслужил бы все, что получил.

— Время до огневого контакта?

— Восемь минут.

— Восемь минут, принято, — произнес Аргаун, открывая канал вокс-связи с остальной частью провоцирующей группы.

— Всем капитанам, мой поклон, — сказал он. — Начинайте процедуры запуска носовых торпед. Полный охват и доброй охоты.

— Торпеды в пустоте, — произнес Малогарст, наблюдая, как по дисплею плинта поползли голографические залпы.

— Время до столкновения? — спросил Гор.

— Сэр, вам действительно нужно, чтобы я вам это сообщал?

— Нет, но все равно сделай это, — отозвался Гор. — Они играют свою роль, давай позволим им думать, что и мы играем нашу.

Малогарст кивнул и прикинул время полета вражеских торпед.

— По-моему, девяносто семь минут.

— На самом деле, девяносто пять, — произнес Гор, складывая пальцы пирамидой и наблюдая за неотвратимо разворачивающейся перед ним битвой.

— Девяносто пять, да, — сказал Малогарст, когда боевые когитаторы подтвердили расчет Магистра Войны. — Простите меня, сэр, мне долго не приходилось исполнять обязанности на палубе. Я не питаю никакого энтузиазма к этому делу.

Гор отмахнулся от извинений Малогарста и согласно кивнул.

— Да, я всегда ненавидел войну в пустоте сильнее, чем все прочие виды боя.