Тера поставила корзину на подоконник и вздрогнула, когда за спиной раздался лязг железа. Развернулась быстро и обомлела, когда увидела людей. Много людей, почти вся Яма и все они стояли с ножами, вилами и топорами. Все смотрели на нее с ненавистью и оттесняли к дому.

– Монстр. Как тебя только земля носит!

– Пошла против Христа!

– Сжечь ее!

– Убить!

Они кричали так громко, что в ушах болело и сердце билось где-то в горле. Они загоняли Теру в угол, пугали холодным оружием и кричали, кричали, кричали. Так кричали, что ей стало страшно. Ведь люди неживотные. Ее не боялись, а ненавидели и готовы были к убийству.

В этот момент Тера поняла, что они знали. О курах и мужчине, о том, что она не была человеком, что не спала и насыщалась лишь человеческим мясом. Знали и ненавидели ее за это. Тера уговаривала, пыталась говорить медленно смотреть на всех пронзительно. «Это не я» – уверяла она. «Вы обознались» – говорила, но никто не слушал. На каждое ее слово они кричали громче и припоминали все то, что она Тера не делала. Смотрела, уверяла, но некоторые лишь замирали на какое-то время, а потом вновь багровели и тыкали в нее вилами. Кому-то даже удалось ее задеть, из-за чего рука пульсировала, а из длинной царапины медленно, нехотя потекла густая, темная кровь.

Тера искала поддержку, уверяла, что она не виновата. Но испугалась, окончательно потеряла веру в лучший исход, когда увидела среди людей гневно смотрящую на нее Герду с коротким ножиком в руке и плачущую Трию где-то позади. Предатели. На девчонку она злилась сильнее. Так сильно, что злость на мгновенье перекрыла страх.

– Зря ты, маленькая Гертруда, пошла против, – сказала она на грани слышимости и тут же вскрикнула от боли. Кто-то с силой вонзил топор в стену дома, рядом с больной рукой. Она сказала это тихо, но Герда услышала и посмотрела на нее со страхом.

Люди бушевали. Кричали, оттесняли ее и пытались убить. Тера боком уходила к краю, как загнанный зверь отбивалась от них, кричала, а потом вырвалась, ценой рукавов и еще нескольких глубоких царапин. В панике, Тера всхлипнула и побежала в лес, уворачиваясь от летящего в нее оружия, ускоряясь, когда крики приближались. Они бежали за ней, оттесняли и хотели убить.

Тера бежала из Ямы, от разгневанных людей в страхе и слабости.

16

Она вскинулась, когда рядом остановился кто-то тяжелый и в грохочущих доспехах. На подошедшего не смотрела − боялась, потому что уже видела поблескивающие в солнечном свете железные накладки на сапогах. Мужчина никуда не уходил, все также стоял напротив, поэтому девочка прокляла про себя этот день и свое желание выйти из храма, подняла медленно взгляд. Рыцарь красного креста, о чем говорили начищенные до блеска доспехи, острый клинок на бедре и алый, католический крест с вензелями на груди. Рыцарь придирчиво осматривал выложенные на сундуке минералы и пучки трав, которые она собрала вместе с сестрами вчера на закате.

Смотрел пристально, и девочка радовалась, что он не рассматривал ее саму. Поэтому она незаметно натянула капюшон серого балахона на лицо, отчего лаза и переносица оказались в тени. Если он заметит, то у нее будут большие проблемы, которые могут закончиться смертью. Поэтому девочка сидела тихо и даже дышала через раз, не смотрела на него, вообще делала вид, что она не живая и притворялась камнем.

Сестры с братьями наверняка отругают, когда узнают. Если узнают об этом. Может, некоторым будет смешно, ведь такое невезение не всем доставалось. Она выругалась про себя. О рыцарях красного креста давно никто не слышал, поговаривали, что они набирали новых добровольцев или уничтожали неверных на северной границе земель герцога Карнуэль, не решаясь заходить во владения лоз. Девочка видела их два раза в жизни и первое знакомство было не очень приятным. Тогда спас ее старший брат, который увел ее в храм и объяснил, почему рыцарей они избегали.

Несколько раз во время обучения она порывалась к Автору, но ее всегда останавливали братья или сестры, которые после нескольких попыток бегства брали в лес за едой или травами. Девочку обучали намного жестче и всегда следили, что ей не нравилось. Однако желание идти к Автору постепенно исчезало, как и вера в то, что он чем-то поможет. Ходили слухи, что он уже стар и не выполнял свои обязанности −это плохо сказывалось на мире.

Братья с сестрами не раз говорили о том, что будущее при Авторе виделось туманным и не самым приятным. Как-то раз ночью, одна из сестер говорила другой о том, что она видела процветание церкви и полное отречение от магии. Девочка сама этого не видела, но понимала, что если церковь доберется до короля, то магия станет запретной и тогда им всем будет плохо.

− Что за травы ты продаешь, девка?

И голос у него грубый, каркающий. Появилось желание осадить, что не девка она, но смолчала, потому что рыцаря боялась и своего имени уже, если честно, не помнила.