Читаем Мост Её Величества полностью

— З тебе конкретно чотириста фунтів… до суботи, — объявил Петр. — Це, по-перше. По-друге, дещо-що тобі доведеться зробити прямо зараз… Якщо не хочеш прожити залишок життя інвалідом. По-третє…

— В-третьих, идите на юх с вашими предъявами. — процедил я.

— По-третє, ти повинен поцілувати чоботи, — продолжил Петро, берясь за рукоять молотка двойным хватом. — Нам усім… саме зараз. Ти мене чуєш, москаль?! Зрозумів, що тобі треба зробити?

Снаружи послышался громкий возглас:

— Hey guys! Where is everybody?


Распахнулась створка брамы; в мастерскую вошел хозяин фермы.

— Hey, what the fuck? — Фермер уставился на застывших посреди помещения арбайтеров. — What's going on here?!

Петро — единственный, кажется, из четверки западенцев, кто способен более-менее объясняться на инглише — торопливо произнес:

— We equipment brought.

Фермер кивнул в сторону верстака; велел положить туда молотки и убираться из мастерской.

Я сунул заготовку обратно в верстак; закрутил плотно поворотный диск. Обернулся; хозяин все еще стоит посреди мастерских… А вот хлопцы слились так резко, что уже и след их простыл.

— Я могу пройти в хозблок, сэр? — поинтересовался я у фермера. — Я там оставил флягу с водой.

— Можешь, — сказал хозяин. — Но сначала ответь на пару вопросов.

Он подошел почти вплотную ко мне. Некоторое время всматривался мне в лицо; потом громким, требовательным тоном сказал:

— Назови свое имя!

«Вот и всё, — подумал я. — Наверняка скажет Джимми, чтобы меня не включали в бригаду, чтобы ноги такого-то здесь больше не было…»

Карта у меня лежит в боковом кармане сумки — ее мне дал Джимми когда-то взамен той, по которой я некоторое время проходил через контроллеры пакгаузов, и которую вернул обратно Татьяне. Я сказал, что мне надо сходить к машине, что идентификационная карта у меня в бэге.

— Меня не интересует это дерьмо! — сказал фермер. — Как твое настоящее имя?

— Меня зовут Arthur, сэр.

— Второй вопрос, Arthur… — Хозяин фермы почесал грязным пальцем массивный, с палевой щетиной подбородок. — Второй вопрос — что у тебя с этими парнями?

— Ничего, сэр. — Я пожал плечами. — Что у меня может с ними быть?


Этот крупный мужчина с сохранившейся военной выправкой некоторое время сверлил меня взглядом.

— Может, у вас конфликт? — спросил он.

— Лично я ни с кем не хочу конфликтовать, сэр. — Я вытер тыльной стороной ладони струящийся по лицу пот. — Я приехал сюда работать… заработать денег. Конфликты с кем-либо не входят в мои планы.

— Хороший ответ. — Фермер улыбнулся, показав крупные прокуренные зубы. — Вот что…

— Да, сэр?

— Называй меня по имени — Джек.

— Как скажете… Джек. Я могу идти?

— Минутку.


Фермер подошел к ближней части верстака- с этой стороны к нему примыкает небольшой металлический стол. Выкрутил дисковое крепление; вытащил из тисков изогнутый на одном конце прут.

— Arthur, я видел у тебя в руке вот это… — Он продемонстрировал мне железку. — Что ты намеревался с этим делать?

— А, — сказал я. — Это…

— Ну?

— Деревянный пробойник не всегда эффективен в такой почве, сэр.

— Так?

— В некоторых местах приходится бить этой штукой по нескольку раз, чтобы проделать нужных размеров лунку, сэр.

— Джек. И ты подумал…

— Я подумал, что неплохо бы иметь еще какой-то инструмент под рукой. Что-нибудь металлическое, с острием…

— Заодно — и подходящее орудие для защиты?


Не дожидаясь ответа, фермер направился к большому металлическому шкафу. Он отпер замок своим ключом. Что-то звякнуло; повернувшись ко мне, Джек продемонстрировал «пробойник» — сделанный уже не из дерева, а из куска арматуры.

— Вот такой?

— Да, Джек… такой инструмент не помешал бы.

Фермер криво усмехнулся.

— Пару лет назад у нас был несчастный случай… Не на этой ферме, а на соседней — я ею владею на паях с племянниками.

— Несчастный случай?

— Один работник всадил острие в ногу напарника… Они оба были неосторожны.

— Жуть, — пробормотал я.

— Острие насквозь прошило кроссовку… и всю стопу на подъеме. — Фермер положил металлический пробойник обратно в шкаф. — Такие происшествия периодически случаются и на других фермах. Так что я решил отказаться от такого инструмента в пользу более безопасного.


Я выбрался из мастерской через боковую дверь. Еще раз сполоснул пылающее лицо под ледяной струей. Прихватив брошенные в хозблоке вещички, — бутыль и флягу — направился на выход: до окончания брейка осталось всего три или четыре минуты.

— Arthur?! — окликнул меня фермер (он уже успел выбраться из мастерской). — Минутку.

— Да, Джек?

— Я смотрю, ты весь день работаешь «забойщиком»?

Я вяло пожал плечами.

— Ты ни разу не менялся?

— Нет, ни разу.

— Я спрашивал у Джимми… — Фермер поглядел на спешащего к нам от вэна индуса. — А вот и он… Я спрашивал, почему не меняешь работника?.. Джимми?!

— Да, сэр! — Сикх уставился на хозяина. — У вас есть замечание по этому работнику, сэр?

— Почему он не меняется в роли «забойщика»?

— Эммм… — Джими потер пальцем переносицу. — Ему самому нравится эта работа, сэр.

— Но… это же адски тяжелый труд! Надо менять людей на этой позиции.

— Как скажете, сэр.

— Скажу я так…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Жизнь за жильё
Жизнь за жильё

1994 год. После продажи квартир в центре Санкт-Петербурга исчезают бывшие владельцы жилья. Районные отделы милиции не могут возбудить уголовное дело — нет состава преступления. Собственники продают квартиры, добровольно освобождают жилые помещения и теряются в неизвестном направлении.Старые законы РСФСР не действуют, Уголовный Кодекс РФ пока не разработан. Следы «потеряшек» тянутся на окраину Ленинградской области. Появляются первые трупы. Людей лишают жизни ради квадратных метров…Старший следователь городской прокуратуры выходит с предложением в Управление Уголовного Розыска о внедрении оперативного сотрудника в преступную банду.События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…

Роман Тагиров

Детективы / Крутой детектив / Современная русская и зарубежная проза / Криминальные детективы / Триллеры