Читаем Москва полностью

Затем мы миновали острый край бака и были сброшены на землю. Я приземлился на спину и скользнул по полу вместе с Иринией на моих бедрах. С того момента, как я бросил пояс с гранатами, пока мы не приземлились на землю, могло пройти не более минуты.

Когда мы остановились, я подполз и побежал с Иринией на руках к той боковой двери. Я притянул её к себе. Я понюхал воздух на случай, если смертельный газ пролетел через дверь вместе с нами. Должно быть, он впитался водой.

Ириния все еще безвольно лежала у меня на руках. Хотя теперь мы были вне лаборатории, мы все еще оставались на складе. Стена позади нас полностью выгорела. Повсюду клубился дым. Холод снаружи колыхался вокруг нас - вокруг Иринии в ее мокрой наготе и меня в моей мокрой одежде. Я встряхнул и быстро положил Иринию на спину. Я засунул палец ей в рот и оттолкнул язык от ее горла. Я приоткрыл ее рот до упора и прижался к нему.

К моему удивлению, первой реакцией, которую я почувствовал от нее, было отсутствие движения или стона. Это был ее язык против моего. На мгновение она покачивала головой вперед и назад. Ее губы смягчились, затем ожили. Она начала меня целовать. Она обняла меня за шею.

Я встал и потащил ее за собой. Как только мы встали, мы начали кашлять от дыма. Я снял рубашку, и мы прижали влажную ткань к носу и рту.

"Ник, что нам делать?" - Она посмотрела через квадратное стекло на людей-русалок, извивающихся, как рыбы, на суше. Они умерли один за другим. Я сказал: «Там двое людей в сухой одежде. Если мы пытаемся добраться до машины, мокрые как сейчас, мы замерзнем до смерти, прежде чем пройдем через ворота. Я иду внутрь. У Попова был примерно мой размер. Его одежда должна примерно мне подходить. Я принесу тебе одежду Сержа.

Она кивнула. "А что я могу сделать?"

Я думал об этом. Она могла бы помочь, но ...

«Послушайте, лаборатория отравлена. Я должен задерживать дыхание, когда захожу внутрь. Я хочу, чтобы вы пошли в офис Сержа. Там висит твой плащ. Вы можете найти мое пальто за углом, за окном. Это сработает? Давай, оберни эту рубашку вокруг носа. Увидимся здесь. Она снова кивнула и побежала обнаженной вдоль обгоревшей стены.

Я сделал еще один глубокий вдох и рванул через дверь обратно в лабораторию. Большинство монстров были уже мертвы. Двое или трое все еще корчились на земле. Серж лежал наполовину на нижней ступеньке лестницы, за стенкой лопнувшего резервуара. Только рукав его шерстяного свитера был мокрым от текущей воды.

Я затаив дыхание, взял его под мышки и потащила к двери с маленьким квадратным окошком. Я затащил его внутрь и увидел возможность задержать дыхание, пока дверь снова не закроется. С Поповым было труднее. Он лежал подальше.

Я снова вошел в лабораторию. Я осторожно прошел через паводок вокруг разорванного резервуара, между двумя меньшими резервуарами и туда, где лежал Попов. На его свитере была кровь, но я надеялся, что мое пальто скроет ее. Я наклонился и обнял его. Вся кровь в его теле прилила к той стороне его тела, которая касалась пола.

Капсулы, которые у меня все еще были в поясе с оружием, вызвали пожар вокруг пола. Сгорела и деревянная площадка вокруг бака. Единственное, что я мог слышать, это потрескивание горящего дерева.

Когда я попытался затащить Попова к двери, я услышал сверху громкий треск. Я быстро затащил тело под горящую платформу, когда кусок потолка упал. Он спустился вниз, как черный ныряющий ястреб, и упал на землю многочисленными кусками. Я чувствовал себя плохо из-за того, что сдерживал дыхание. Второй кусок потолка тоже грозил упасть. Он треснул, качнулся и завис. Я вернулся к двери, как африканский лев, несущий только что убитую антилопу. Попов был таким же большим, как и я, а при жизни он весил около двухсот фунтов. Поскольку мне приходилось задерживать дыхание, он выглядел как большая коробка, тяжелая, как пианино. Его труп был похож на желатиновый пудинг.

Наконец я протащил его через дверь. Когда я попытался сделать глубокий вдох, меня дважды пробрал кашель от дыма. Ириния уже вернулась в пальто.

Холод ударил нас ледяным ветром. Меня удивило, что дым не рассеивался. Я снял с Иринии мокрую рубашку на время, чтобы фильтровать дым. По очереди касаясь рубашек друг друга, мы оделись. Когда Ирина закатала брюки Сержа и плотно завязала плащ, не было видно, что на ней была мужская одежда. Надев одежду Попова и застегнув пальто, чтобы скрыть кровь, я забрал все его бумаги. Они давали мне прикрытие, чтобы выбраться из России. Я повернулся к Иринии.

«Послушайте, нет смысла оставаться здесь, если у вас нет для этого причины». Это была тонкая шутка, и она улыбнулась.

В суматохе огня мы смогли спокойно покинуть склад и добраться до ворот. В темноте мы ползем на четвереньках в сугроб, в котором находился наш старый, но надежный грузовик. К нашему удивлению, эта антикварная коллекция винтов и гаек завелась с первого раза. Без света мы уехали из Советского института морских исследований.