Читаем Москва полностью

Я поплыл и сосредоточился на самом большом из созданий. Когда я подошел к нему, я спустился в направлении его жабр. Я не трогал его, потому что один из других налетел на меня сбоку. Он ударил меня своим черепом в живот, как раз в тот момент, когда мои ноги коснулись головы большого монстра.

В результате столкновения я потерял равновесие. Я знал, что не могу задерживать дыхание вечно, и у Иринии должно быть плохо с этим. Я планировал быстро вырубить человека-русалку, схватить Иринию и плыть к краю резервуара. Толчок отбросил меня в сторону. Один из них подошел ко мне сзади. Он протянул свои нелепые руки.

Я его ждал. Когда он был рядом, я оттолкнул его руки и сильно ударил по шее сбоку. Он сразу заснул. Он был мертв до того, как его смыло на дно резервуара.

Но самый большой был далеко не мертв ...

Я снова напал на него. Не знаю, предупредило ли его движение воды или крик кого-то из других, но когда я подошел к нему, он повернулся и стал ждать меня.

Он схватил меня за обе руки и потащил за собой. Я услышал скрежет его зубов о мой живот, когда меня протащило мимо его головы.

Мне нужно было дышать. Я подплыл к нему. Когда я проходил мимо него, он пристально посмотрел на меня. Я сделал вид, что поднимаюсь наверх, чтобы отдышаться, но затем развернулся и нырнул на него.

Я сначала ударил его прямо в шею, потом уплыл. Удар был недостаточно сильным, чтобы убить его, но он был ослаблен. Он прижал руки к горлу и посмотрел на меня. Я спустился прямо над его головой и попутно ударил его обоими кулаками. Когда я прикасался к жабрам, я всегда чувствовал что-то губчатое. Может быть, между жабрами и мозгом существует прямая связь. Второй удар убил его. Я сразу всплыл, чтобы отдышаться.

Воздуха почти не осталось. Лаборатория превратилась в море пламени. Поверхность воды уже была горячей из-за жара огня. Стены были в светлых ящиках, а потолок почти полностью исчез. Резкий дым висел повсюду и кружился, как черные духи, вокруг резервуара и над ним.

У меня не было времени искать пути к отступлению. Если я подожду еще, Ириния утонет. Я нырнул так быстро, как мог. Но когда я прятался, я кое-что придумал. Мой пояс с оружием!

У меня все еще было несколько капсул с огнем и по крайней мере две или три капсулы с гранатами, но я вообще не использовал желтые капсулы с газом.

Я пощупал под рубашкой, которая прилипала к моей коже, и расстегнул пояс. Я поплыл с поясом в руке. Как только я поднялся наверх, я бросил его как можно выше и дальше. Я увидел, что он благополучно упал с края бака и нырнул к Иринии.

Я был на полпути, когда первый из двух взрывов гранаты заставил меня катиться взад и вперед. Я прижал руки к ушам. Я видел, где оказался пояс. Он упал сразу за доску, и капсулы взорвались сразу после приземления. Я услышал громкий треск, скрип. Казалось, что бак течет. Я поплыл, но не сводил глаз с борта резервуара.

Трещину сквозь воду было трудно увидеть. Но когда она расширилась, вся вода потекла туда. Трещина проходила по всему резервуару сверху вниз. Люди-русалки больше не думали обо мне или Иринии. Они смотрели на текущую воду испуганными розовыми глазами. Ириния не двинулась с места.

Я потянулся к ней и обнял ее за талию. Мы не пробыли в танке больше шести-девяти минут. Большую часть этого времени Ириния находилась над водой. Я попытался подсчитать, как долго она пробыла под водой, и вышла примерно через пять с половиной минут. Пришлось поднять ее на свежий воздух. Чего бы не случилось, потому что желтые капсулы теперь были опаснее оставшегося воздуха.

Из широкой трещины в резервуаре вырвался большой пузырь. Я начал плыть, обхватив Иринию за талию, и всплыл на поверхность, когда трещина превратилась в огромную паутину. Потом весь танк развалился.

Люди-русалки кричали от страха. Пузыри выходили из их жабр. Бак с глухим грохотом рухнул. Вода ринулась из резервуара огромной волной. Русалки борются с ней, как лосось, который прыгает на пороги, чтобы нереститься. Ириния безвольно висела у меня на руках. Я боялся, что как только она почувствует, что вышла из воды, она попытается дышать. А теперь это был отравленный воздух! Я должен был помешать ей дышать. Нас засосало в открытую часть бака. Я не сводил глаз с двери рядом с резервуаром, двери с квадратным стеклом внутри. Это была единственная сторона здания, которая еще не горела.

Расход воды увеличился. Я не особо беспокоился о осколках стекла; проточная вода смыла их по полу лаборатории. Если бы я мог держать Иринию и меня подальше от зазубренной стороны резервуара, мы бы это сделали. Теперь поток пошел быстрее. Двое русалок уже были выброшены и упали. Я поднес руку ко рту Иринии и взял ее нос между большим и указательным пальцами. Пришлось изображать серферов без доски для серфинга.

Вода утащила нас к открытой стороне резервуара. Я плыл с Иринией на коленях. Мы подошли к зазубренному краю, и я пошел боком, чтобы выбраться. Русалки были повсюду вокруг нас. О нас забыли. Они продолжали плыть против течения, стараясь сохранить немного воды в резервуаре и самим остаться в нем.