Читаем Морион полностью

– Что значит «опасаюсь за результат»? Если она совершила преступление, не находясь при этом под воздействием спирита, она – убийца и отправится в тюрьму. И у тебя нет законных способов помешать этому.

– Я не представляю ее хладнокровной преступницей.

– Я тоже не видел в тебе чьего-то страстного любовника. Иногда мы просто ошибаемся в людях, – Илия пожал плечами.

– Нет, я абсолютно уверен в своей правоте – она невиновна.

– К сожалению, уверенность, даже абсолютная, правоты вовсе не гарантирует. Ты общался с этой девушкой много лет назад и, как я понял, в основном на физиологическом уровне. Как ты можешь судить о ее действиях сейчас?

– Да, я понимаю, что звучу неубедительно, – признал Айла. – Но… с одной стороны, я едва ее знаю. В то же время я как будто бы знаю ее очень хорошо.

– Ага. Изучил все ее внутренности. Она могла пойти на секс с умыслом склонить тебя на свою сторону?

– Нет. Я бы догадался. Во-первых, есть объективные признаки женского возбуждения. Во-вторых, все было как тогда, в школе.

– Интересные у тебя воспоминания о школе. Я вот помню, как химию завалил…

– Как можно завалить химию? – снисходительно осведомился Айла.

– Невероятно! – усмехнулся Илия. – В твоем положении ты еще пытаешься занять позицию превосходства.

– Мне нужно несколько дней. Для прояснения ситуации. Если Морион виновна, я должен убедиться в этом сам, прежде чем сбыть дело с рук. Если она невиновна, то я хочу обеспечить, чтобы ни одно из свидетельств в ее пользу не было проигнорировано. Формально я имею право задержать это дело в СЛ до тех пор, пока вероятность вовлеченности спирита не будет исключена.

– У тебя бы были эти несколько дней, если бы ты продолжал мутить у меня за спиной, – вздохнул Илия. – Так нет же, надо заявиться и ошпарить меня правдой.

– Я не мог скрывать от вас эти обстоятельства. Я вас очень уважаю.

– Я польщен, – Илия устало потер глаза. – Ох, что мне с тобой делать?

Трель раздавшегося в приемной телефонного звонка прервала возникшее было неуютное молчание. Лиза ответила на звонок, но сквозь стену, разделяющую кабинет и приемную, было невозможно разобрать ни слова.

– Над чем ты сейчас работаешь? – осведомился Илия.

– Ничего существенного. С утра перед выходными сдал дело в суд и засел за доведение до ума документации для архива. Это может немного подождать.

– Я запрещаю тебе посещать место происшествия в одиночестве. Кто там криминалист?

– Бейирус.

– Вот и отлично. Если что, он радостно тебя сдаст. Все имеющиеся на данный момент оригиналы документов по делу я изымаю на хранение. Новые материалы будут направляться сразу ко мне, а тебе поступать копии. Все свидетельские показания должны быть записаны на диктофон и запротоколированы. Ежедневно в шесть вечера ты подходишь ко мне и предоставляешь устную отчетность. Я буду контролировать каждый твой шаг. И если я замечу хотя бы малейшую попытку манипуляций, ты потеряешь работу и обретешь массу проблем.

– Это означает, что вы даете мне добро на продолжение следствия?

– Все, уматывай из моего кабинета. Я тебя не видел. И не рассчитывай, что моего терпения хватит дольше чем на несколько дней.

– Хорошо.

– Айла!

– Да?

– За членом не уследил. За языком следи. Ты из полиции. Ты расследуешь убийство. Это все, что она должна знать. И ни слова о спирите.

– Разумеется.

– И еще вопрос. Кого ты можешь порекомендовать на твое место в случае, если я приму решение тебя уволить?

– Саберус хорошо справляется.

– Прекрасно. Я надеюсь, все последующие разборки у нас пройдут в той же сдержанной, интеллигентной манере.

Когда Айла вышел из кабинета начальника, Лиза сидела за своим столом, уставившись на телефон застывшим взглядом. У нее был вид человека, пережившего глубокое потрясение.

– Все в порядке? – спросил Айла, припомнив о звонке.

– В полном, – слабо ответила Лиза. – А у тебя?

– Все нормально.

«Честность», – подумал Айла, уходя из приемной.

Честность. Искренность. Открытость.

В своем кабинете Айла в первую очередь сделал звонок касательно взломанного замка, но информация о результатах экспертизы пока не поступила. Затем отсканировал все имеющиеся на данный момент документы по делу Морион, готовясь передать оригиналы Илии. Посмотрел на время: 11:25. Хорошо бы Морион успокоилась и уснула. Включив аудиозапись ночной беседы Морион и Бейи, он внимательно прослушал ее, попутно ведя стенографическую запись для протокола допроса. Голос Морион звучал холодно и раздраженно, словами она делилась неохотно. Нередко вопрос Бейи оказывался длиннее, чем ее ответ. Что ж, типично для нее.