Читаем Монстры полностью

Предлагать свои рассказы научно-фантастическим журналам Сильверберг начал еще подростком, и в 1955 году вышла его первая книга для детей «Восстание на Альфе-С» («Revolt on Alpha-С»). А уже в следующем году он получил свою первую премию «Хьюго».

Сильверберг всегда был плодовитым писателем — за первые четыре года карьеры он, по общему мнению, писал по миллиону слов в год. Среди его многочисленных произведений такие общеизвестные романы, как «Откройте небо» («То Open the Sky»), «Жить снова» («То Live Again»), «Умирающий изнутри» («Dying Inside»), «Ночные крылья» («Nighlwings»), «Замок лорда Валентина» («Lord Valentine's Castle»). Последний послужил основой для популярного цикла «Маджипур» («Majipoor»), действие которого разворачивается на одноименной планете.

«Я отказался от написания рассказов в 1973-м, — признается Сильверберг, — и не ощутил никакого сожаления, только облегчение. С рассказами слишком много хлопот.

Но потом появился журнал „Omni“.

Он печатался на гладкой, блестящей бумаге, издатели знали толк в маркетинге, а тираж его с самого начала в шесть раз превосходил тот, которого был способен достичь фантастический журнал. Плюс дюжина страниц дорогой рекламы. Таким образом, он мог позволить себе щедро платить за материалы.

В результате некоторых перемещений в редакторском кресле отдела фантастики „Omni“ оказался мой старый друг Бен Бова и начал не слишком тонко намекать, что было бы здорово, если бы я написал для него какой-нибудь рассказ, упоминая при этом определенную сумму — примерно столько мне платили за каждый роман до 1968 года.

Деньги, которые посулил Бова, заставили меня задуматься, не пора ли перебороть антипатию к написанию рассказов. Однако, пока я размышлял, Бова пошел на повышение, став выпускающим редактором „Omni“. Новый редактор отдела фантастики тоже оказался моим старый приятелем, ветераном фантастического фронта Робертом Шекли, который также считал, что я должен писать для „Omni“.

В первый месяц нового года я сдался. Довольно робко позвонил Шекли и уведомил его, что согласен рискнуть собственной нервной системой ради еще одного рассказа.

Для меня это было действительно важное решение: в тот момент написание рассказов казалось мне труднее создания романов, труднее изучения санскрита или завоевания золотой олимпийской медали в прыжках. И хотя в начале моей творческой деятельности мне ничего не стоило накатать три-четыре рассказа за неделю, на этот раз потребовалось пять дней, чтобы написать первую страницу, и уверяю вас, эта неделя выдалась не из легких.

Но затем каким-то чудом все преграды рухнули, слова потекли, и за пару дней до конца января 1980 года появилась вся история. Я назвал ее „Мадонна динозавров“, и на обложке сентябрьского выпуска „Omni“, где напечатали произведение, красовалась надпись: „РОБЕРТ СИЛЬВЕРБЕРГ ВЕРНУЛСЯ!“

Представляю, как недоумевающие читатели, определенно не подозревавшие о том, что семь лет назад я зарекся писать рассказы, переглядывались и спрашивали друг друга: „А где он, собственно, был?“»