Читаем Монстры полностью

Монстры

Дмитрий Александрович Пригов

МАША Что же это? Никого, ну буквально никого нет.

БОГ Нет, Машенька, все полно жизни.

(Аплодисменты.)

МАША Как же полно жизни, когда нет ни одного живого – все либо съедены, либо аннигилированы.

(Громкий смех.)

БОГ А живой, Машенька, не обязательно для жизни, и жизнь, Машенька, не обязательно для живых!

(Громкие, громкие аплодисменты.)

Басни

1995

Предуведомление

Это басни, но не в том отточенном и изящном виде, в котором они жанрово дошли уже до наших времен в виде писаний Лафонтена или Крылова. Нет, это басни в старом, даже римском их значении, как странные, реальные и поучительные истории.

Лев с кружкой пива у окна В каком-то темном кабачочке Вечерком Сидит и лапою со дна Тарелки мелкие кружочки Какие-то Пытается подцепить — Толь колбасы, толи рагу — Постой, приятель, помогу Дай! — Вот и подъели вдвоем Полуочковая змея В каком-то офисе дремала Вдруг рэкетиров мал-нимало Налетело Она кричит: Не я! не я! Я здесь совсем случайно, братцы! Да кто же станет разбираться Вот и не разобрались Вернее – разобрались Я так хотел, ну просто страсть В энциклопедию попасть Большую Советскую Вчера случайно открываю Смотрю: попал! но как кривая Какой-то монотонной несовпадающей с самой собой алгебраической последовательности Открытой, оказывается, еще арабами до нашей эры Один большой сперматозоид В обличье зайца откровенно В Звенигороде предвоенном На посаде Был удивительно назойлив Кричал: Война! война идет! — И вправду, сорок первый год Ведь Шел — Накликал Я помню, в детстве вурдалаки Были обычно, словно злаки Полевые Но карате или ушу У нас тогда еще не знали Они входили и просили Вурдалаки: Ну, миленький, дай укушу! — Кусай, кусай! – им отвечали — Я и так весь уже давно перекушенный Вас тут всех не разобрать Каспаров в шахматы играл С какой-то газовою фракцией Из них там кто-то проиграл В общем, неважно – это акция Беспроигрышная, фактически Была в помощь демократическому Движению В освободившейся тогда России С большой тарелкой творога Я разговаривал под вечер Потом вмешалася нога Моя Потом какой-то поперечный Разрез Потом доспех на всех порах Потом вмешались пух и прах И пошло

Жизнь на острие

1998

Предуведомление

Обычные, мощные, судьбоносные человеческие сюжеты проходят сквозь все разнообразие жизненных обстоятельств, национальных и религиозных особенностей, временных различий с легкостью ножа. Вот и мы на материале нынешних авантюрных личностей прослеживаем классические черты трагедий, в девятнадцатом веке обретших черты мелодрамы. Сугубая авантюрность, краткожизненность, обнаженность и непосредственность реакций, потребностей и проявлений, близость к жестам экономики потлача, кутежи и похвальба – все это придает нашим героям черты более языческие и эпические. Ну, не будем же высокомерными и презрительными в простом деле слежения и исследования.

Приходит в баню, раздевается Подначиваемый при этом Друзьями: Прыгай! Мы потом Следом! — Он прыгает и растворяется Без следа — Чудовищная кислота Серная В бассейн спецьяльно налита Была На этот случай Сидит в роскошном кабинете Неполных двадцати трех лет И тут без стука входят эти Трое И целлофановый пакет На голову его натягивают Он ножками сперва подрагивает А потом стихает Они уходят

Перейти на страницу: