Машина заведена и опробована. Но где Алиса? Метров 200 тихого хода, а потом на полный газ. Они были уверены, что Алиса выкрутится. К вечеру ребята прибыли к нам в лес.

Мы издалека услышали шум мотора и, определив, что едет легковушка, особо не волновались. Каково же было удивление, когда из малютки «Симки» показалась огромная перебинтованная голова, а затем знакомая фигура Валерия.

Алису позже мы обнаружили в госпитале города Гре. Как она туда добралась – осталось загадкой.

Потом она пришла в отряд и принесла газету, в которой было написано: «31 июля группа бандитов во главе с женщиной на машине ворвалась в расположение воинской части Германии и открыла стрельбу по немецким солдатам. В завязавшейся перестрелке бандиты были уничтожены. Немцы потеряли 7 человек».

Так неудачно закончился рискованный вояж в Париж. Костик, рыжий порывистый Костик, ушёл в мир иной.

Этот эпизод, подходящий для кинобоевиков, показал, насколько мы закалились в партизанских боях. Попав в такой переплет, из которого в 9 случаях из 10 выход только один – гибель, Алиса, Валерий, Николай и Костик, проявив храбрость, находчивость и поразительную ловкость, нашли этот единственный выход, который привёл к спасению.

Вечная слава храбрецу Костику!

Сообщил ли Валерий родным Костика о его трагической и героической гибели? Он знал его адрес.

За время отсутствия Валерия мы привели в боевое состояние всё оружие, произвели глубокую разведку местности и обнаружили, что в деревнях южнее леса расположена итальянская военная часть, командир которой, по данным опрошенных жителей, не против перейти к партизанам. Мы с Гришей посовещались и решили назначить ему встречу, но приезд Валерия через два дня изменил наши планы.

49

На другой день после отъезда ребят у нас сошёл с ума недавно переданный нам французами русский «бродяжка» (так мы называли всех бежавших из плена). Он схватил пулемёт, направил на нас и, крича, что мы фашистские гады, спустил курок. Пулемёт был без магазина, поэтому обошлось без трагедии. Парня мы связали, и в таком виде он дожидался командира.

Валерий, обеспокоенный отсутствием Алисы, приказал быстро собраться и ночью передислоцироваться на старое место, ближе к Савиньи, где он надеялся разыскать её с помощью местных сопротивленцев. Его надежда оправдалась. Мы узнали, что Алиса находится в Гре.

Ночью мы благополучно перебрались в лес Жи и расположились почти на опушке посредине между Ожире и Сите. Сумасшедшего оставили по дороге в какой-то деревне.

Пятого августа мы уже пускали под откос поезд около Велексона. Я не помню подробностей, поэтому привожу данные рапортов.

Черновик: «5 августа группа в составе Валерия, Гриши, Алекса, Янека, Пенты взорвала поезд с военными грузами между Великсоном и Севё. Локомотив сошёл с рельсов. Разбиты 2 вагона. Остановка движения – 12 часов».

Рапорт Илича: «5 августа 1944 года. – 19 ч. 20 мин. Пущен под откос немецкий эшелон с войсками на железной дороге Великсон-Фрес-Сен-Маме. Разбито 3 вагона, движение поездов на этом участке было прервано на 12 часов».

Не могу объяснить несовпадение в двух документах. Возможно, у Илича были данные от местных жителей-сопротивленцев. Но почему место диверсии перенесено восточнее подлинного, я не понял.

В августе после пятого числа у меня были три неудачных операции, о которых стоит рассказать подробнее, поскольку их проведение сопровождалось большим риском.

6 августа я с группой бывших власовцев и Яником организовал засаду у Риоза на шоссе Везуль – Безансон (власовцев к этому времени было человек 8—10, они дезертировали из РОА, и местные жители направляли их в наш отряд). Место около Риоза мы выбрали, чтобы проверить в двух деревнях результаты разгрома батальона власовских велосипедистов. В Фонтене нам сообщили, что через несколько часов после нашего отхода нагрянула колонна автомашин с немцами и власовцами. Сначала они обшарили деревню Маляшер, а затем приехали в Фонтене. Мэры этих деревень им сказали, что партизаны приехали к ним внезапно, откуда-то с запада, и что в отряде одни русские – человек 100 (а нас вместе с французами было чел. 40) и сразу же устроили засаду на шоссе, телефонную связь перерезали (это правда), из деревень никого не выпускали. Закончив бой, партизаны отбыли в сторону Гре.

То ли немцы поверили, что местные жители ни при чём, то ли потому, что мы поколотили власовцев, которых все немцы в душе презирали (это участь всех предателей), но никаких репрессий против жителей они не применили.

Мы решили выйти на шоссе ночью в то же место, где была организована засада прошлый раз.

Вечером 7 августа зашли в кафе деревни Трезилле перекусить как следует перед операцией, и застали там французских «макизаров». Двое из них были мне знакомы и пригласили к своему столу.

– Куда вы идёте, Алёша?

– На засаду в лесок между Малашер и Южье.

– О, и мы туда идём, пошли вместе. Фрицы сейчас ездят ночами, вот мы им и всыплем!

– С удовольствием, только перекусим слегка.

Руководитель группы не ответил – он стал рассматривать наших ребят.