Читаем Мои были (СИ) полностью

Летом нашего Сашу направили обслуживать электроустановки в пионерском лагере '"Чайка". Там надо выполнять все наземные и верховые несложные посильные работы и обеспечивать освещение зданий и наружной территории пионерлагеря единолично. Освещение наружной территории всегда было недостаточным и вызывало неоднократные нарекания. Такая работа его устраивала, и у него оставалось достаточно свободного времени. Он скучал и однажды решил вызвать дежурную бригаду через энергодиспетчера себе на помощь. Придумал от скуки несуществующую аварию, что якобы на территории упали опоры, на земле валяются провода, находящиеся под напряжением, и тут же гуляют отдыхающие дети, что очень опасно, и нужен срочный ремонт воздушной линии электропередач. Что он наврал и наговорил "сто вёрст до небёс" ещё энергодиспетчеру Андреевой Т.Н., которая поверила ему, и как он сумел её убедить, неизвестно. Но женщина волевая, решительная была не на шутку перепугана и упавшим тревожным голосом распорядилась, чтобы мы немедленно ехали устранять выдуманную, несуществующую аварию.

Мы с водителем Пичужкиным быстро выехали и, не жалея своей машины, гнали по полуразбитой с выбоинами грунтовой дороге, чтобы приехать побыстрее к месту "аварии". Беспокойство и тревога нами овладели полностью, потому мы очень торопились, и приехали на место. И что же? Электроустановки и линия электропередачи работали в нормальном режиме, никакого сбоя не было и в помине. Только не работали несколько светильников наружного освещения. Он, видимо, надеялся на то, что мы займёмся ремонтом светильников, которым он должен заниматься сам без какой-либо помощи. А у него почему-то не было даже когтей и пояса для подъёма и работы на опорах. Что за работник без инструмента и приспособлений? Мы отказались ему помогать. Тогда он попросил нашу машину съездить в город за спиртным. Такую неприкрытую наглость мы отвергли. За наглый обман энергодиспетчера и такую проделку с нами ему следовало по-человечески набить рожу. Наша ошибка заключалась в том, что мы пожалели его в связи с физическим изъяном и не доложили руководству о напрасной поездке, а точнее сказать, мы оказались беспринципными. Он понял это так, что можно безнаказанно продолжать и даже наращивать свою наглость.

Он закончил работу в пионерлагере и вернулся в цех. После истечения какого-то времени его поставили работать дежурным электромонтёром. Мы не поняли такого решения руководства. На такой работе надо часто было подниматься на опоры не только низковольтных, но и высоковольтных линий электропередач и работать вверху, стоя на когтях.

Водном из микрорайонов города ранним утром прервалось нормальное электроснабжение и освещение. Причиной тому был обрыв провода с изолятора, закреплённого на стене трансформаторной подстанции. Ему, как дежурному вместе с водителем автомобиля надлежало восстановить электроснабжение. Они осмотрели электроустановку и линию, и нашли оборванный провод. Работа по восстановлению провода несложная, физически нетяжёлая и требовала совсем немного времени - достаточно было отключить линию, с помощью лестницы поднять провод, водворить и закрепить его на месте и сделать качественное контактное соединение и включить линию в работу. Для этого требовалось четверть часа времени. А он не стал выполнять эту работу, а сумел убедить, а точнее обмануть энергодиспетчера в том, что им вдвоём с такой работой не справиться. Меня, как руководителя подняли для того, чтобы собрать бригаду электромонтёров и отремонтировать линию. Но собирать людей надлежит ему - дежурному, ездить по домам и квартирам, что очень долго и нудно. Лучше, легче и много быстрее было поднять и привязать провод. Какой-то абсурд. Пришла дежурная смена, и нам рассказали о неисправности на линии, и мы определили мизерный состав работы по восстановлению её. Сменщик Миша Большаков в сердцах бросил ему: "Ух, и наглючий ты человек!" и готов был надавать пощёчин этому негодяю за невыполнение пустяковой работы. Но мы снова его пожалели, не стали делать доноса и оставили его в покое. А это вредно для производства, так как обманы его могли продолжаться, а мы помогали его наглости нашим молчанием.