Читаем Мои были (СИ) полностью

Он пришёл к нам работать в цех и был принят на работу в качестве электромонтёра по обслуживанию и ремонту электрических сетей. Работу по строительству и монтажу электроустановок он знал, так как раньше работал в электромонтажной организации. Он нe знал только условий работы в действующих электроустановках. Но этому делу можно было научиться теоретически и практически на занятиях, которые организовывались отделом технического обучения Качканарского горно-обогатительного комбината для вновь поступивших работников. Кроме того для повышения квалификации рабочих согласно действующим "Правилам технического обслуживания электроустановок" периодически, один раз в пять лет организовывалось обучение по соответствующей программе.

Валентин был не новичок в работе, а потому обучение его по специальности не представляло трудности. А работал он всегда толково, быстро, у него "всё горело в руках", и за ним никто не мог угнаться в сноровке и скорости исполнения любого дела, будь то монтаж или ремонт протяжённых воздушных и кабельных линий электропередач, оборудования электроподстанций, а также вырубка кустов и деревьев на трассах линий. На опоры он влезал с помощью верхолазных когтей так, как будто шёл пешком по ровной дороге. Он, казалось, с какой-то готовностью брался и способен был выполнять знакомое или даже незнакомое дело. А поскольку он был "рукастый" человек, то ему доверяли делать многие и всевозможные работы, и у него никогда не было времени сидеть сложа руки. А когда люди работают много, то и ошибок делают больше, как дома, так и на производстве. За допущенные ошибки делают нарекания, наставления, назидания, ибо есть, что обсуждать, да и на ошибках учатся все без исключения. Малоактивные и часто отлынивающие от дела работники ошибок и промахов сделают мало или не сделают их совсем, и таким образом окажутся на высоте в глазах руководства и своих товарищей, хотя толку от таких людей маловато, и им нельзя поручать более или менее сложные ответственные задания.

В Советской армии он служил в системе Главного разведывательного управления. Совершил ошибку. При задержании шпиона, которого приказано было взять живым, Валентин немного переборщил и, защищаясь от удара врага, ударил его ножом насмерть. А это был бой, в котором неизбежны промахи. За это неверное действие его послали дослуживать положенный срок в военный совхоз, где ему поручали выполнять всевозможные сельскохозяйственные работы, а в основном он занимался дойкой коров.

Дома ему поручили забить выросшего хряка, и при этой работе он сделал несерьёзную ошибку, за что получил увесистый удар поленом по заднему месту от отца. Может и несправедливо.

На рабочем месте он самостоятельно решил отрубить кусок листовой стали для производственной нужды, поторопился и вместе с куском стали отрубил себе палец.

Поскольку он умел выполнять почти любую работу, или помочь выполнить что-либо, то его приглашали и довольно часто сделать ту или иную работу, которую он чётко и быстро выполнял. Оплата за такую частную работу производилась всегда бутылкой или двумя спиртного пития. Он заразился этим проклятым зельём. Стал появляться на рабочем месте с похмелья. Дома научился обманывать семью тем, что прятал бутылку со спиртным за трубой на лестничной площадке и выходил и потреблял понемногу это питьё. Семья удивлялась тому, что как это можно оказаться нетрезвым вроде бы в отсутствие в квартире спиртного пития.

В те времена руководителей низшего звена обязывали воспитывать подчинённых им рабочих в духе коммунистического строительства, то есть работать не покладая рук, не употреблять спиртных напитков, наркотических и токсинных средств, соблюдать трудовую и производственную дисциплину, не хулиганить, заниматься общественной работой. Мы не обучены быть воспитателями, но по заданию свыше мы со старшим мастером Мухаметгалиевым P.M. пошли "воспитывать" Валентина. А он встретил нас и с сардоническим сарказмом сказал "Ну, что пришли меня воспитывать? Идите и садитесь. Будем пить чай, и занимайтесь моим воспитанием столько, сколько вашей душе угодно". Человек он был умный, голова его работала не хуже, чем наша, а что мы могли сказать ему, мы и сами не знали. Говорить дежурные слова, как "Пить нельзя, это вредит здоровью", и вести тому подобные никчемные, слащавые разговоры были бесполезны и не приводили ни к чему. Он знал себе цену.