Читаем МКД полностью

Но затем в один, отнюдь не прекрасный день, жители обнаружили, что весь шиповник оказался вдруг вырублен. Глеб обратился в Управу, и Управа ответила, что она здесь «вообще не причем». Однако же, Глеб выяснил, что, Управа была, все-таки, причем, и что дело было в следующем: руководитель Управы как-то раз сделал замечание директору УК по поводу мусора возле дома (не строительного, а бытового ), и УК сразу же на это замечание «отреагировала» и решила проблему с мусором тем, что уничтожила перед домом всю растительность. Глеб обратился в УК, и УК ответила, что она все сделала «по нормативам», потому что ближе 1,5 м от дома ничему расти не положено. Глеб спросил, а почему УК тогда вырубила шиповник на расстоянии дальше 1,5 м от дома, а вместе с шиповником срезала еще и все мальвы, и УК ответила, что ничего страшного в этом нет, потому что на следующий год «все снова отрастет».

Но на следующий год ничего не отросло. Похоже было, что УК втихаря полила пространство перед домом какой-то отравой. До этого Глеб любил смотреть из своего окна и любоваться на зелень и цветы, но после диверсии УК он смотреть из окна вообще перестал, потому что смотреть ему стало не на что: под его окном посреди голой земли виднелась одна только крышка канализационного люка- и больше ничего: ведь траву УК тоже скосила.

Скошенная УК трава выглядела совсем не так, как скошенная сотрудниками Думы (рядом с Думой) трава, а выглядела она невероятно жалко и уныло. После покоса скошенная УК трава вскоре засыхала и превращалась в желтую щетку, и в таком щеточном виде стояла до дождей. Как только после дождей она чуть-чуть отрастала, так по ее «душу» тут же являлись косильщики УК и снова возвращали ее в состояние желтой щетки. Если же лето выдавалось засушливым, то желтая щетка «радовала глаз» целое лето без перерыва.

Картина запустения дополнилась еще и тем, что тополя, которые стояли напротив дома за шиповником и мальвами, Управа тоже исковеркала. Эти тополя она превратила уже не в телеграфные столбы, а в низеньких уродцев. Летом, когда милосердная листва их уродства скрывала, смотреть на тополя было еще можно, но зимой они становились совсем уж страшными и начинали напоминать фильм ужасов: так жутко начинали выглядеть их наросты, наплывы на стволах, и их искривленные и обрубленные ветки. Но тополя даже в таком виде пытались выживать. Поскольку они, видимо, поняли, что вырастить нормальные ветки Управа им все равно не позволит, то они начали выпускать молодые ветки из пазух старых большими пучками. Но как только эти молодые ветки немного отрастали, так Управа тут же являлась «по их душу» и их кастрировала, и возвращала тополя к их «нормальному» состоянию фильма ужасов.

Если на тополя стало можно смотреть только летом, то на траву стало можно смотреть только ранней весной. Но как только весенняя трава чуть-чуть отрастала, косильщики УК тут же делали из нее желтую щетку, и выйти ей из состояния желтой щетки больше не позволяли. Таким образом, рядом с 4-м и 5-м подъездом образовалась «ухоженная и презентабельная» (как, видимо, казалось УК) «лужайка». «Лужайка» эта состояла не только из желтой щетины, но еще и из проплешин голой земли и вышеупомянутой крышки люка, и выглядела чудовищно, но зато бытового мусора на ней больше не валялось! УК проблему с мусором успешно решила!

Глеб попытался покосам УК хоть как-то воспрепятствовать, но добился только того, что УК перестала уничтожать мальвы (которые, несмотря на ее усилия, со временем все-таки отросли).

Так что вы видите- Глеб старался делать все, что мог, чтобы МКД хоть как-то украсить, но никто из соседей его усилий продолжал не замечать. О том, чтобы Глебу хоть кто-то из соседей начал помогать- и речи быть не могло.

Но неужели же жители МКД не понимали, что Глеб действовал в их интересах?

Ну некоторые действительно не понимали, а некоторые просто не хотели понимать, потому что им просто нравилось относиться к Глебу плохо. Глебу, как и Герде, отводилась в МКД роль «козла отпущения», и ничего с этим было не поделать! А немалую роль в том, что Глеб попал «в козлы», сыграла одна особенность, которая была присуща только этому МКД, и никакому другому: Глеб считался в МКД жителем «не той категории», и, как человек «не той категории», «ничего путного», по мнению «категорийных» жителей, он сделать не мог!.

Про все эти категории будет подробно рассказано в главе «Приведение массы к общему знаменателю». Здесь же можно заметить, что категория того или иного жителя МКД сильно зависела от его принадлежности к медицине. Поскольку Глеб отношения к медицине не имел, то он, с одной стороны, относился к низшей категории. Но, поскольку мать Глеба была медиком и входила в число приближенных к Марии Жановне (бывшему медику) лиц, то Глеб, с другой стороны, относился не совсем к низшей категории… В общем, точнее, чем то, что «он был не той категории», тут не скажешь!