Читаем МКД полностью

… вы конечно же, задались вопросом о том, как подобная Мечта в таком доме вообще могла появиться…но Мечта,– сбыточная ли, несбыточная ли,– она ведь такая…она появляется по своему собственному желанию…даже если окружающая обстановка ее появлению и препятствует… а потому она просто появилась, да и все…

Хотя многие жители МКД, будучи (или бывши) работниками «самой гуманной в мире профессии», были совершенно искренне уверены в том, что все то, что я назвала НМ- это никакая не НМ, а простая повседневная реальность МКД, но они были все-таки не правы…хотя они и считали, что они окружающих людей ПРЕКРАСНО понимают, что они относятся к ним ВСЕГДА доброжелательно, и что они ВСЕГДА поддерживают их в трудных обстоятельствах, но это было все-таки не так…

Помните, Систерон сказал как-то своей сотруднице: «мы здесь-не семья, и мы никогда ею не станем!». Так вот, жители МКД , в отличие от Систерона, таких слов никогда не говорили, а говорили они совсем противоположные слова: «наш дом- это крепкая, сплоченная, и дружная семья! Все жители нашего дома- это душевные, внимательные (и очаровательные) люди»! Наши люди никого без помощи никогда не оставляют!». Но на самом деле их слова отражали только то, что они были нечестны с самими собой. И все, о чем они говорили, было именно Несбыточной Мечтой!

Слова о семье Герде приходилось слышать и от Марии Жановны, и от Лизы, и от Жанны Анисимовны, и от Жоржетты Алексеевны,– и это при том, что они совершали поступки, которые были этим словам кардинально противоположны! Да к тому же, если еще и посмотреть на объекты их «семейной заботы», то многие из них,– даже такие, с которыми они обращались несколько лучше, чем с Гердой, – все равно старались держаться от их «семейства» подальше,– видимо, подсознательно как-то чувствуя, что близко им держаться опасно.– И это еще раз подтверждало то, что провозглашаемые в доме красивые слова были Недостижимой Мечтой.

У самой Герды НМ тоже была, и была она у нее даже скромнее, чем у остальных жителей дома. Многим читателям ее НМ может показаться даже смешной, потому что для большинства читателей такого рода Мечта никакой Мечтой не является, а является она простой действительностью…но у всех все бывает по-разному, к тому же все живут в разных домах….

…Мечта Герды состояла в том, чтобы наладить хорошую добрососедскую обстановку. Но когда Герда много раз ее наладить попыталась, и когда у нее много раз это не получилось, и когда она поняла, что ее Мечта является все-таки НМ, то она подумала: «ну раз в этом доме даже такие простые вещи являются НМ, то можно попытаться помечтать о том, чтобы переехать из этого дома в какое-нибудь другое место!». Но такая Мечта стала для Герды еще недостижимее, чем первая. Ведь для реализации этой Мечты у нее не было ничего: ни средств, ни жизненных сил! Если бы она с такой их нехваткой попыталась бы свою Мечту реализовать, то просто попала бы в лапы мошенников и лишилась бы и последнего, что у нее было…

Досье Тепла

Хотя Тепло является аналогом Самары, но речь в этой главе пойдет не о душевном Тепле (впрочем, в некотором смысле и о нем тоже), а о коммунальном тепле.

Коммунального Тепла в нашем МКД, надо сказать, сильно не хватает. Это, вообще-то, довольно странно, потому что наш МКД находится рядом с ТЭЦ. Во всем нашем районе никаких проблем с теплом вообще никаких нет, и люди в соседних домах живут даже с открытыми балконами… но в нашем доме вообще все странно….

Вот и Тепло в нашем доме настолько странное, что некоторые жители говорят, что оно даже находится ниже порога выживания. Однако, поскольку руководящие и контролирующие структуры (ГЖИ, УК, КК и СД2) этот факт отрицают, то городская администрация считает Тепло в нашем доме вполне хорошим.

Герда и Глеб, которые живут в угловых квартирах, относятся к «странным» жителям. (Внимательные читатели, конечно же, удивятся тому, как Глеб, живя в в подъезде №2, может жить в угловой квартире. Поясняю: МКД имеет вид буквы «г», «полочкой» которой служит подъезд №1, поэтому подъезд №2 является угловым).

Когда на улице устанавливается низкая температура, и ветер начинает дуть в окна угловых квартир, и в них становится очень холодно, то Глеб надевает толстые носки и стоически, как и полагается мужчине, этот холод переживает. Герда же начинает ходить по «инстанциям» и пытаться убедить их подать в ее квартиру хоть немного Тепла… не убеждает, конечно же, но все равно пытается…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Лаврентий Берия. Кровавый прагматик
Лаврентий Берия. Кровавый прагматик

Эта книга – объективный и взвешенный взгляд на неоднозначную фигуру Лаврентия Павловича Берии, человека по-своему выдающегося, но исключительно неприятного, сделавшего Грузию процветающей республикой, возглавлявшего атомный проект, и в то же время приказавшего запытать тысячи невинных заключенных. В основе книги – большое количество неопубликованных документов грузинского НКВД-КГБ и ЦК компартии Грузии; десятки интервью исследователей и очевидцев событий, в том числе и тех, кто лично знал Берию. А также любопытные интригующие детали биографии Берии, на которые обычно не обращали внимания историки. Книгу иллюстрируют архивные снимки и оригинальные фотографии с мест событий, сделанные авторами и их коллегами.Для широкого круга читателей

Леонид Игоревич Маляров , Лев Яковлевич Лурье , Леонид И. Маляров

Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное
Лев Толстой
Лев Толстой

Биография Льва Николаевича Толстого была задумана известным специалистом по зарубежной литературе, профессором А. М. Зверевым (1939–2003) много лет назад. Он воспринимал произведения Толстого и его философские воззрения во многом не так, как это было принято в советском литературоведении, — в каком-то смысле по-писательски более широко и полемически в сравнении с предшественниками-исследователя-ми творчества русского гения. А. М. Зверев не успел завершить свой труд. Биография Толстого дописана известным литературоведом В. А. Тунимановым (1937–2006), с которым А. М. Зверева связывала многолетняя творческая и личная дружба. Но и В. А. Туниманову, к сожалению, не суждено было дожить до ее выхода в свет. В этой книге читатель встретится с непривычным, нешаблонным представлением о феноменальной личности Толстого, оставленным нам в наследство двумя замечательными исследователями литературы.

Алексей Матвеевич Зверев , Владимир Артемович Туниманов

Биографии и Мемуары / Документальное