Пони заерзала на его груди и он присел, чтобы выпустить ее на пол, игнорируя боль в спине. Марша Лэнгдон в качестве шерифа. В этом был какой-то нездоровый смысл. Нет, это нечестно, подумал он. Ты не знаешь что правда случилось. Ты не знаешь наверняка что пошло не так днем 1982 года в доме Лэнгдон, за несколько часов до того как мы выбили их дверь. Ты просто слышал слухи. Он неожиданно понял, что он был единственным, кто помнит это все. Большинство других детей разъехались, умерли или скатились.

Тридцать три года были долгим сроком, многое могло измениться. Но смотря на фото, он не мог ничего поделать, он видел тень девушки-подростка, которая отвернулась от собственного брата.

ГЛАВА 21

Две недели спустя, Вероника полностью сдалась по делу Мэннинг. Последний достоверный след испарился как пар из чашки. В настоящее время она старалась сосредоточиться на довольно дешевых (но все же позволяющих оплачивать аренду) делах, которые она игнорировала.

В среду во второй половине дня она стояла рядом с торговым киоском на ипподроме Санта Анита, очищая фольгу с порции дешевого белого вина. Она отступила на тенистую дорожку под мезонином, чтобы избежать не по сезону жаркого солнца. Внизу, не обращая внимания на жару, сидели пятьсот или около того наркоманов по азартным играм, следя за заявленными гонками. К счастью, мужчина, за которым она следила, сидел на десять скамеек ниже, позволяя ей шпионить за ним в относительном комфорте.

Поставив свой пластиковый стакан с вином на столик, Вероника вытащила маленький фотоаппарат и сделала несколько снимков своего подозреваемого, одутловатого, нездорового на вид господина в потертой футболке с надписью: «Мировой тур группы MIDNIGHT OIL 1988 года». На последних двух снимках были наездники. На одном он был на ногах, подгоняя лошадь к финишу. Другой был снят сразу после финиша. На нем был парень с головой, откинутой назад в отчаянии, схвативший свои прямые, сальные волосы.

Этого, вместе с фото его у окна приема ставок, будет достаточно, чтобы удовлетворить клиента Вероники, сестру мужчины, которая также была душеприказчиком их покойной матери. Завещание гласило, что он должен бросить азартные игры, чтобы получить свою долю наследства. Благодаря неутомимому поиску истины «Марс Инвестигейшенс», сестра сможет претендовать на долю брата — если там что-то осталось.

Вероника одним глотком допила остатки вина. Она посмотрела в небо. Да, да, я знаю, я твоя дочь, которой ты доволен. Хотя не надо вокруг меня поднимать шум. Просто заплати вперед, позволив St. Vincent выпустить платиновый альбом или как-то так.

Когда она шла к выходу, телефон зазвонил и лицо Мак высветилось на экране.

— Атака Мак. Как дела? — сказала Вероника, схватив телефон так, чтобы заглушить неожиданную, ревущую музыку между гонками. Она зашла в пустой женский туалет, чтобы избежать шума.

— Мне нужно, чтобы ты взглянула на кое-что, — сказала Мак, голос у нее был психованным, ошеломленным и утомленным одновременно. — Можешь сейчас подъехать?

— Что-то не так? — спросила Вероника.

Во время молчания, которое последовало далее, она догадалась о причине возбужденного состояния Мак. Она еще раз проигнорировала явные предупреждения держаться подальше от дела Грейс Мэннинг.

Вероника простонала.

— У тебя разве сегодня не было записи к зубному? Потому что что-то мне подсказывает, что ты ее отменила, чтобы запоем смотреть те же самые пятнадцать часов записи с камер наблюдения, которые ты уже видела около трехсот раз.

— Прости, прости, прости, — протараторила Мак, отчасти примирительно, отчасти отчаянно. — Просто у меня тут кое-что есть и мне нужно, чтобы ты мне сказала, что я, вероятно, сошла с ума…

— Да. Сошла. А теперь, как друг и как кандидат с высоким риском рецидива, просто сейчас же выключи компьютер.

— Вероника, я нашла кое-что, что мы раньше пропустили, — выпалила Мак, ее голос неожиданно твердый и решительный. — Я не говорю, что это огромный прорыв. Но я думаю, что это возможно. И мне правда нужно, чтобы ты это сама посмотрела.

— Ладно… ого, — сказала Вероника, стараясь звучать не настолько заинтересованной какой она была. — Слушай, спасибо что позвонила, Мак. Забудь про зубного, я буду через двадцать минут.

Четырнадцать минут спустя — сэкономив шесть минут, незаконно проехав у строительного барьера на шоссе — Вероника села рядом с Мак в офисе, смотря ускоренное изображение на семидесятишестисантиметровом мониторе.

— Выглядит лучше, чем раньше, — сказала Вероника. — Ты его как-то усовершенствовала?

— Просто чуть усилила экспозицию в тени. Это очень помогло для того, что я тебе сейчас покажу. — Мак замедлила видео и Вероника увидела до одури знакомую сцену: игроки в баскетбол появились в холле «Нептун Гранд» со спортивными сумками, следуя в автобус. Эта камера, установленная над главным входом, давала изображение с широкого угла полукруглой подъездной дорожки, которая использовалась гостями, которые въезжали или выезжали. Теперь же, весь средний план был заполнен автобусом.