Клифф, бесспорно, имел успех. Хотя Вероника знала, что не эти вопросы он хотел задать. Подготавливая защиту Уивила, он просил Кита взглянуть на обвинение полиции в подбрасывании улик, которые имели место быть за последние несколько лет. Кит нашел десятки людей, которые утверждали что они жертвы. Они все были легкими мишенями, бедняги с судимостями, большинство из которых сознавались, чтобы не было долгих разбирательств и сфабрикованных обвинений. Они планировали использовать заявления о сфабрикованных доказательствах, чтобы выявить коррупцию и очистить имя Уивила, но все эти доводы были отклонены до суда. Судья Оглесби сочла это «неуместным».

За это время Вероника видела, как Клиффу иногда сильно доставалось, но этот раз был вопиюще болезненным. Клифф отошел на несколько шагов от присяжных, потом развернулся к ним лицом. Один из профессоров Вероники в Университете клялся, что он может предсказать любой вердикт, основываясь только на выражении лиц присяжных во время завершающих речей сторон. Основываясь на двенадцати равнодушных лицах, которые она видела у них, ей пришлось бы заключить со всем уважением, профессор, что это просто жара.

— Дамы и господа присяжные, как вы понимаете, мы просим вас подумать. Ответило ли обвинение на какие-то из этих вопросов? Приняли ли они во внимание недостатки в доказательствах, дыры во временной шкале, отсутствие достоверной мотивации? Если нет, Элай Наварро должен быть освобожден. Спасибо большое.

В зале суда поднялся шепот. Судья два раза стукнул молотком.

— Теперь мы уходим на перерыв. Судебный исполнитель, пожалуйста, проводите присяжных в кабинет.

Вероника с Китом обменялись взглядами. Вокруг них стулья царапали пол, люди поднимались со своих мест.

Теперь они могли только ждать.

ГЛАВА 2

— Как ты можешь этим сейчас заниматься?

Спустя два с небольшим часа после ухода присяжных, Кит Марс со своей дочерью сидели в будке в кафе «Мики», засаленном заведении на тематику серфинга, через дорогу от суда. Кит часто сюда ходил, еще когда был шерифом, и с тех пор заведение едва ли поменялось. Конечно, на виниловых сидениях появилось больше скотча, несколько новых вмятин на досках для серфа, которые стояли вдоль стен, но бекон все еще был хрустящим, и блинчики можно было заказать 24 часа в сутки, как и завещал Господь.

Он поднял взгляд от кроссворда, который заполнял, на Веронику, ее французский тост лежал нетронутым в застывшей луже из сиропа, ее пальцы нервно постукивали по кружке с кофе.

— Не знаю, понимаешь ли ты, но твой старик довольно спокоен. — Он поднял газету, чтобы показать синие чернила, почти нечитаемые в черной сетке кроссворда — Скольких ты знаешь, у кого хватает смелости писать ручкой?

— Понятно, Стив Маккуин, ты смеешься в лицо опасности и ломаешь правила.

— Дорогая, я тот хладнокровный парень на площади Тяньаньмэнь. А этот пазл — танк, отчаянные зигзаги, чтобы избежать унижения! — Кит ухмыльнулся, кивнув преувеличенно медленно, и написал очередное длинное слово.

Вероника закатила глаза.

— Еще чуток работы над движением подбородка в стиле Канье Уэста и ты можешь устроить хороший развлекательный концерт с его «шлюшками второй свежести»[5], — она вздохнула, еще сильнее барабаня пальцами по кружке — Сколько еще времени это займет, как думаешь?

Она потянулась к ручке кружки, но Кит перехватил блюдце, утягивая его на несколько сантиметров.

— Может пора остановиться с кофе. Ты уже выпила четыре чашки.

— Хорошо, ты прав. Хорошо, что мы решили не ждать в баре. Я бы сейчас уже стояла на стуле, пытаясь петь «Живя молитвами»[6], - она оперлась щекой на руку и вздохнула. — Я просто не могу сбросить одержимость делом Клиффа. Пытаюсь понять в какую сторону повернуться присяжные, чтобы я была к этому готова. В смысле, его доводы были вполне серьезными. Дискредитация всех доказательств, он заставил историю обвинителей звучать глупо…

— Посмотри-ка, — сказал он, — Как будто ты на юриста училась. — Вероника отказалась от работы в престижной юридической фирме в Нью-Йорке, чтобы вернуться в Нептун, выбор с которым Кит до сих пор с трудом мирился, даже спустя девять месяцев. Он никогда не хотел, чтобы его дочь стала частным сыщиком, как он.

— Лучше б это было «будто поступила» — Вероника закатила глаза. — В любом случае, мне кажется, результат может быть любым. Если бы мы могли использовать показания про подкинутые улики…

— Знаю, а они нет. Мы не можем зацикливаться на этом. — Кит потянулся через стол и похлопал ее по руке. — Слушай, Клифф вдохновился. Он проделал замечательную работу, учитывая, с чем ему пришлось работать. Нам остается только ждать и надеяться, что присяжные согласятся. Нам придется принять, что некоторые вещи мы контролировать не можем.

Вероника помолчала, взвешивая слова.

— Могу я говорить открыто?

— Конечно.