Читаем Мировой Ворон полностью

Земли Искривленного Древа — вот как они их называли. Каждая новая группа беженцев — кто–то скакал верхом, кто–то тащил тележки со скарбом или просто брел пешком в равнодушном оцепенении — рассказывала свою историю. Сначала их были десятки. Затем сотни. Потом они повалили тысячами. Они приходили из городов и деревень. Некоторые добрались даже из Ро Вейра — те, кто посчитал новый порядок неприемлемым для себя. Иные давно отправили семьи в безопасное место или накопили денег, готовясь начать все заново. А иные сбежали ночью, слишком напуганные, чтобы успеть собрать пожитки или решить, куда двигаться. Ястребы пропускали их через свою армию, помогали чем могли и расспрашивали тех, кто был не прочь поговорить.

Госпожа Боли все еще здравствовала и правила новым миром как верховная жрица. Рассказывали, будто один ее взгляд мог наградить человека властью или убить. Она объявила, что все земли народа ро находятся под властью ее нового культа, и по отношению к землям к югу от Козза это было в основном верно. Зажиточные горожане и аристократия Вейра и Лейта, а также самые богатые торговцы пали к ее ногам, меняя свой старый мир в попытках втиснуть его в рамки нового. А ее Псы командовали повсюду. Беженцы рассказывали об отрядах смерти, о массовых казнях, военном положении и публичных сожжениях, которые сами Псы называли жертвоприношениями.

Рам Джас Рами потерпел поражение. Скорее всего, он погиб, а одна из Сестер осталась жива и направляла свою огромную армию. Как и опасалась Гвендолин, колдовство все еще играло большую роль в их сражении. Одних мечей будет недостаточно.

«Земли Искривленного Древа». Ей казалось, что такое название беспокоит Ксандера даже больше, чем сам факт оккупации. Сука–колдунья взяла на себя дерзость переименовать Тор Фунвейр! Этим она оскорбила многовековую историю и традиции, плюнула в лицо правящему дому Тирис. Название государства уходило корнями к первому верховному правителю земель — королю Дэшеллу Тирису, объединившему под своей властью все города народа ро. До него здесь происходили бесконечные войны между отдельными феодалами за территорию и богатства. Они по своей прихоти заключали и разрывали союзы, ввергая все в хаос. Дом Тирис и Пурпурные священники, следовавшие за ним, объединили народ в одно государство, которое выстояло долгие века — до настоящего времени. И оно называлось Тор Фунвейр, а не «земли гребаного дерева».

— Вы из Охотничьего Перевала, ваше величество, — сказал Маркос из Рейна.

— И?

— И почему вас это так волнует? — спросил он. — Ваш родной народ — в лучшем случае полукровки, в худшем же неграмотные безбожники. Никто еще не захватывал Перевал.

Гвендолин уже начала уставать от его ханжеской набожности. Белые рыцари видели цель всей жизни только в безусловном служении Одному Богу, и каждый, кто не проводил все время на коленях, молясь о спасении, представлялся им убогим язычником. Она могла только предположить, что Красный Принц оказался единственным доступным для них вариантом, ведь у Ксандера было много достоинств, но набожность явно не входила в их число. Однако после того, как Один Бог благословил их коронацию, она обрела уверенность — если он в чем и нуждался, то явно не в молитвах и аскезе.

— Спасибо за твое мудрое замечание, — сказала королева. — А разве тебе не пора собирать своих воинов на вечернюю молитву?

Ее собеседник выпрямился, упер руки в бока и выпятил грудь.

— Колкие шутки — признак недисциплинированного ума, ваше величество.

— И снова мудрые речи. Но если серьезно — отстань от меня.

Рыцарь в растерянности смолк. Она и раньше грубила ему, но у него до сих пор в голове не укладывалось, чтобы кто–то, пусть даже его королева, могла бы его оскорбить.

— Еще комментарии будут? — спросила она.

— Нет. Я просто… отстану, ваше величество.

Он ушел, направившись к своим Рыцарям Рассвета. Они не смешивались с остальной армией и не помогали с беженцами. Когда приходила ночь, они вставали отдельным лагерем и отказывались выполнять приказы, ограничиваясь только самой необходимой координацией действий. Маркос был единственным из них, кто проводил время вне своего лагеря. Он бродил между палатками Ястребов и указывал им на недостатки и проявления неповиновения. По большей части на него не обращали внимания.

«Земли Искривленного Древа». Чем чаще Гвендолин произносила это название, тем больше оно ее бесило. Сука–колдунья не могла зачаровать весь народ, и неважно, способны они убить ее или нет. Когда ее Псы будут разбиты, она может зачаровать того странного рыцаря, может даже сколотить себе что–то вроде арьергарда… но… «Заткнись, Гвен», — сказала королева самой себе. В армии хватало разных слухов и болтовни и без ее вклада. Лорды и наемники из Арнона и Дю Бана откликнулись на призыв нового короля, усилив его армию, но многие относились к войне как к состязанию, не понимая, насколько хрупкими внезапно стали их жизни.