Читаем Мир внизу полностью

Мне на плечо опустилась рука. Я дернулась и внутренне сжалась, не желая оказываться вновь на такой короткой дистанции с Кассом, но это был не он.

– Нужна помощь? – деликатно спросил Марко. Прежде чем повернуться к нему, я успела незаметно смахнуть выступившие без повода слезы.

– Да! – выпалила я, собираясь пояснять, что именно требуется сделать, но ирриданец, кажется, знал лучше меня. Он отстранил меня и легко вытащил Сириуса из кабины, таким же непринужденным движением закинул парня себе на спину, точно тот совершенно ничего не весил, – и понес прочь от челнока. Я опять вспомнила, насколько Марко силен физически, даже несмотря на то, что в драках от него толку не было.

Я поплелась за ними. Касс стоял чуть поодаль над трупом девушки, с ледяным выражением лица рассматривая его. Даже через напускной холод и обезличивающее «раба режима» я видела, что ему не по-настоящему все равно. Наверняка они были напарниками. Наверняка их связывало многое. Безжалостный выстрел в грудь – последнее, чего ожидаешь от напарника, которому доверяешь всецело и безусловно.

Принимать мир таким, какой он есть, – значит водружать на свои плечи непосильную ношу, что рано или поздно вдавит тебя в землю. Станции, терраполисы, одинокие общины людей, держащихся за последние крохи своей человечности, – это все не более чем разные типы абстракций, позволяющих самообманываться видимостью порядка, которому неминуемо подчиняется твоя жизнь. Но стоит сделать один неосторожный шаг, разрывающий грань между привычной абстрактностью и острым костяком реальности, – и твой рассудок обречен.

Возможно, я сама уже давно не способна пройти ни один тест на психическое здоровье с баллами, позволяющими оставаться в рядах рейнджеров на станции. Но Касс… что бы с ним ни происходило, в прошлом или сейчас, но это было слишком очевидно – Касс был совершенно потерян. Он словно цеплялся за разные этапы своей жизни, где правили разные законы, – и не мог собрать себя воедино. И я не была уверена, что еще способна видеть в нем человека, когда-то значившего для меня все.

Ирриданец опустил Сириуса в тридцати шагах от транспорта – там, где когтистая из-за проросших корней земля обрывалась и начинался зеленый ковер плотной травы, по текстуре напоминающей декоративный мох в квартирке Тамины. Оказавшись в лежачем положении, Сириус почти сразу моргнул – свет открытого неба, должно быть, показался ему слишком ярким. С его губ сорвался тихий стон.

– Сириус… – Я схватила его руку, крепко сжимая пальцы. Я не забыла, как он ненавидел тактильные контакты, но просто ничего не могла с собой поделать.

Сириус моргнул еще несколько раз, свыкаясь с освещением, но, судя по тому, как он изумленно притих, он узнал мой голос. И теперь спешил вернуть себе зрение, чтобы узнать, не галлюцинация ли это.

– Сионна!

Он оперся на локти и уставился на меня во все глаза – покрасневшие и увлажнившиеся защитными слезами. Прошло несколько секунд, прежде чем он узнал во мне меня – и его лицо озарила счастливая улыбка. Пусть только на миг – но сама я уже забыла, что люди могут так улыбаться. Не горько, не саркастически, не с облегчением от того, что ты только что в очередной раз обвел смерть вокруг пальца. А именно так – открыто и искренне.

– Ты жива, – выдохнул Сириус и даже прикрыл веки, словно для него теперь все вернулось в нормальное русло.

– Жива. – Я не могла не улыбнуться в ответ, хотя в целом ситуация к этому не располагала. – Послушай, Сириус. Почему на тебе форма Седь?..

– Это что, Земля?! – Он вскочил на ноги, чуть перестаравшись. Мне пришлось поддержать его, чтобы из-за резко закружившейся головы он не оказался вновь на земле. – Сионна! Мы… мы внизу?

Мне не нужно было даже отвечать; Сириус уже озирался вокруг с разинутым ртом, еще сильнее щурясь. Мне стало жаль, что при нем нет очков и он не может в деталях разглядеть все в его первый спуск на Землю. А еще – что отсюда не были видны гигантские одуванчики.

Наконец его блуждающий взгляд натолкнулся на Марко. Отвисшая челюсть Сириуса выглядела неуместно забавно.

– А эт-то…

– Это Марко, – быстро сказала я, чтобы парень не успел назвать его «ящером». – Марко, знакомься. Сириус, мой друг.

– Очень приятно, – вежливо сказал ирриданец, наверняка сломав Сириусу все представления о захватчиках Земли.

– Взаимно, – выпалил тот и, не колеблясь, пожал протянутую руку. При этом он не сводил восторженно-испуганного взгляда с Марко, которого, как мне показалось, смущало такое эмоциональное внимание.

Конечно же, любопытство в Сириусе перевешивало взращенную на станциях ненависть к пришельцам. Я никогда раньше не задумывалась, какое это хорошее, по сути, свойство.

– А где Лиам?

– Он погиб, – сказала я тоном, не предполагающим дальнейших расспросов. – Ты помнишь, при каких обстоятельствах сам здесь оказался?

Сириус растерянно посмотрел на меня, не сразу принимая весть о Лиаме.

– Нет… Помню только, что уже на Седьмой Фридрих перехватил меня, сказал, в транспортном отделе неисправность…

– Расскажи мне о Фридрихе. – Я решила не упускать шанс.