Впрочем, для сообществ более примитивных, чем жители Двуречья, индейцы северо-западного побережья Тихого океана и калуса, живые побежденные враги не имели ценности. Целью войны у дани, форе, инуитов северо-запада Аляски, жителей Андаманских островов и многих других племен был захват земель врага и истребление населения обоего пола и всех возрастов; так, десятки женщин и детей дани были убиты в резне 4 июня 1966 года. Другие традиционные сообщества, такие как нуэры, совершая набеги на динка, действовали более избирательно: они убивали мужчин, детей и старух, а женщин брачного возраста уводили, чтобы насильно выдать замуж за нуэров; маленьких детей забирали и воспитывали как нуэров. Индейцы яномамо также щадили вражеских женщин, чтобы использовать их в качестве жен.

Тотальная война, которую ведет традиционное сообщество, означает также мобилизацию всех мужчин; например, в битве дани 6 августа 1961 года участвовали и мальчики старше шести лет. В войнах, которые ведут государства, обычно участвуют армии взрослых профессионалов, составляющих небольшую пропорцию населения. Великая армия Наполеона, с которой он вторгся в Россию в 1812 году, насчитывала 600 тысяч человек и была огромной по стандартам XIX века, однако это число составляло всего 10% от всего населения Франции того времени (на самом деле даже меньше, потому что часть солдат Наполеона была не французами, а жителями стран-союзниц). Даже в современных армиях государств боевые подразделения уступают в численности силам поддержки: сейчас пропорция в армии США составляет 1:11. Дани отнеслись бы с презрением к армиям Франции и США, неспособным выставить на поле боя значительную часть всего своего населения. Однако дани нашли бы вполне понятными действия Шермана во время его марша к морю, поскольку они напоминают набег самих дани, в ходе которого сжигаются десятки селений и угоняются свиньи.

Прекращение военных действий 

Еще одно важное различие между войнами, которые ведут племена и государства (после уже рассмотренного различия между тотальными и ограниченными военными действиями), заключается в том, насколько легко заканчивается война и заключается и поддерживается мир. Как видно на примере войны дани, описанной в главе 3, составной частью войн малочисленных народностей часто являются цепочки убийств из мести. Смерть кого-то на стороне А требует, чтобы эта сторона отомстила, убив кого-то на стороне В, представители которой теперь в свою очередь жаждут мести. Такие цепочки заканчиваются, только когда одна сторона полностью уничтожена или изгнана или когда обе стороны лишаются сил, претерпев много смертей и не предвидя возможности уничтожить или изгнать противника. Хотя сходные соображения применимы к окончанию войны между государствами, страны и большие вождества вступают в войну с гораздо более ограниченными целями, чем группы и племена: максимум, к чему они могут стремиться, — это завоевать всю территорию врага.

Однако племени гораздо труднее, чем государству (и большому централизованному вождеству), достичь решения об окончании военных действий и приступить к переговорам о перемирии с врагом, потому что государство располагает централизованным органом, принимающим решения, и профессиональными переговорщиками, в то время как у племени нет обладающего непререкаемой властью вождя и каждый член племени имеет собственное мнение. Еще труднее племени, в отличие от государства, поддерживать мир после того, как перемирие достигнуто. В любом обществе, будь это племя или государство, найдется некоторое число людей, недовольных мирным соглашением, каким бы оно ни было, и желающих напасть на врага по собственным личным причинам и вызвать новый всплеск противостояния. Правительство, обладающее монополией на власть и применение силы, обычно в силах удержать этих экстремистов; это недоступно слабому вождю племени. Поэтому мир, заключенный между племенами, хрупок и быстро нарушается, а это приводит к новому циклу военных действий.