Читаем Милость Императора полностью

Вдруг что-то мелькнуло в тенях на улице внизу. Сразу же забыв про скуку и зуд, Есаул, перегнувшись через край, глянул с крыши на улицу. Еще раз затянувшись обскурой, он смотрел сквозь дым во тьму внизу. И снова увидел это: кто-то, выйдя из тени под стеной, бросился бежать. На секунду Есаул подумал, не галлюцинации ли это от обскуры. Но нет, вскоре к двоим бегущим по улице присоединился третий.

Отбросив окурок, Есаул взялся за оружие. Лазган на сошках был установлен на краю крыши так, чтобы с нее можно было простреливать всю улицу. Судя по тому, как спешили эти неизвестные, это могли быть мародеры. Есаул устроился поудобнее, прижавшись щекой в маске к прикладу. Глядя в прицел, он следил за бегущими силуэтами. В перекрестие попала спина одного из мародеров. Есаул приготовился выстрелить, объявив этим ничтожествам о своем присутствии. Он снова был богом, а они – его игрушками.

Внезапный удар по затылку прервал его приятные мысли с такой силой, что Есаул едва не уронил лазган с крыши. Захваченный врасплох Броненосец перевернулся на спину, прикрыв руками голову, и следующий удар пришелся на его ржавые наручи. Его противник не прекращал атаку, стоя над лежащим Броненосцем и нанося удар за ударом.

В тусклом лунном свете Есаул смог разглядеть того, кто напал на него. Это был человек в гражданской одежде, но с оружием и военным снаряжением – явно боец сопротивления. Есаул убил уже достаточно их, чтобы узнать в темноте еще одного.

— Эшулк! – прорычал Броненосец. Яростный ближний бой был его стихией, из его левой бронированной перчатки выдвинулось спрятанное в ней лезвие – одно из многих в его доспехах. Есаул сбил с ног противника, и теперь они поменялись местами. Сразу же свободной рукой в железной перчатке Есаул схватил врага за горло и приготовился нанести смертельный удар.

Но не успел. Невидимый нож пронзил его горло. Сильные руки запрокинули голову Броненосца, и штык-нож вонзился под железную маску.

ВЫСОКО на крыше партизан просигналил рукой, что все чисто. Часовой снят.

Росс просигналил в ответ, и его группа развернула строй, держа под прицелом улицу. Это была узкая, тесная и извилистая улица, ведущая к торговому кварталу. Росс и Сильверстайн укрылись за обломками тележки торговца фруктами, покрашенной в синий цвет и позолоченной. Пока они прикрывали улицу, Селемина и капитан Прадал проскользнули мимо них, держась ближе к стенам магазинов и мастерских по краям улицы. Они прошли мимо мастерской портного, часовщика, парикмахерской – все пустые и покинутые. На свисающих карнизах, как фонари, висели птичьи клетки, когда-то наполненные певчими птицами. Сейчас птицы были мертвы, их трупики высохли.

За командой инквизитора шли бойцы сопротивления, держа под прицелом крыши. Гешива позволил взять на задание пятнадцать партизан-добровольцев. Это были смелые, упорные люди, которые хорошо знали город. До войны большинство их было мирными горожанами, которые жили и торговали в этом самом районе, но месяцы войны закалили их и превратили в бойцов.

Один из добровольцев, юноша, который потерял руку от взрыва гранаты, мягко шагал рядом с Россом. Инквизитор знал, что его звали Танзиль, и до войны он был учеником ткача ковров. Теперь он  больше не сможет ткать ковры, даже если Кантика снова будет свободной. Сейчас к его жилету, слишком большому для его узких плеч, были пришиты карманы для патронов, а в своей единственной руке он сжимал стаб-пистолет.

— После этой улицы мы выйдем на открытый базар, а за ним как раз и будет амфитеатр Бураганда, — прошептал Танзиль.

Росс кивнул и сделал знак рукой, приказав партизанам идти вперед, чтобы прикрыть следующую секцию улицы. Селемина и Прадал прикрыли следующую. Так с осторожностью они продвигались, пока не достигли перекрестка.

Добровольцы прошли вперед, половина из них заняла позиции, держа оружие наизготовку, чтобы прикрыть огнем разведчиков, скрывшихся за поворотом. Спустя некоторое время, разведчики вернулись. Росс не мог разобрать, что там происходит, но, казалось, что партизаны тихо спорят между собой.

— Что они там делают? – спросил Росс Сильверстайна.

Охотник пожал плечами.

— Сейчас узнаем, — сказал он, кивнув в сторону Танзиля, который уже бежал к ним.

Парень махнул обрубком руки и покачал головой.

— Путь заблокирован, мы не сможем пройти.

— Что значит «заблокирован»? – спросил Росс.

— Баррикады. Противник забаррикадировал выход на площадь. Камни, обломки, колеса, колючая проволока – баррикады около двадцати метров в высоту. Думаю, нам придется вернуться и поискать другой путь.

Росс красочно выругался. Потом выругался еще раз.

— Не все так плохо, инквизитор. Ткацкая мастерская моего хозяина в пятистах метрах отсюда, если пройти назад. Там через черный ход можно выйти на соседнюю улицу. Мы сможем добраться до амфитеатра оттуда, — заверил его Танзиль.

— Ну ладно. Тогда веди, — ответил Росс.