Я увидела, как к зданию подъехал чёрный мерседес, из него вышли Жданов и Синицкий. Журналисты тут же метнулись в их сторону, громко выкрикивая вопросы уже им.

Заседание проходило в открытом порядке, зал был забит до отказа. После всех формальностей и оглашения прокурором предъявленного обвинения, вызвали меня, как главного представителя потерпевшей стороны.

Слегка прокашлявшись, я начала свою речь, стараясь не смотреть в сторону Жданова и его клиента.

— Уважаемый суд, и все присутствующие. Позвольте мне… — в этот момент я бросила взгляд на первые ряды слушателей, ища Павла, но вместо Павла мои глаза наткнулись на…

…НИКИТУ!

27 глава

Никита долго смотрел на экран телефона, и решил всё же ответить, но прежде убедился, что Мадина уже в отключке.

Девушка лежала на спине, голова запрокинута, левая рука свисала вниз. Но как только он нажал "ответить", она вдруг зашевелилась и открыла глаза.

— Даш… слушай… давай… созвонимся позже… я сейчас занят, — сказал он поворачиваясь спиной к дивану.

— Ладно, хорошо… — ответила Даша. В её голосе послышалась обида.

Он хотел добавить, что через полчаса перезвонит сам, но не успел, — Мадина громко и нараспев подала голос:

— Никитаааааа, ну иди ко мне, я тебя ждууу, хочуууу ещё…

Он быстро нажал кнопку отбой. Если Даша и услышала, то потом он ей всё объяснит.

Мадина встала и пошатывающейся походкой направилась к нему. Подойдя, она попыталась его обнять, но Никита крепко обхватил её кисти руками и слегка встряхнул.

— Мадина, хватит!!! Приди уже в себя, наконец! Прекращай гробить свою жизнь! Тебе лечится надо, слышишь?! Сегодня же позвоню твоему отцу!

— Если мне и надо лечиться, то только от любви к тебе! Я ненавижу её, эту твою бабу! Ненавижу! Чтоб она сдохла! — Мадина перешла на крик, но уже через секунду её тон резко сменился. — Нииик, любимый, я всё для тебя сделаю! Что ты хочешь, чтобы я сделала, ты только скажи!

Никита тяжело вздохнул.

— Да, я хочу, чтобы ты для меня кое — что сделала…

Мадина вновь потянулась к нему, но парень не позволил ей это, продолжая крепко удерживать на расстоянии.

— Тебе необходимо лечиться, Дина, — спокойно сказал он, глядя в её замутнённые глаза.

— Да, пошёл ты! — выплюнула она.

— С удовольствием пойду. Жди разговора с отцом!

Никита отпустил девушку и направился на выход. Он пересёк двор, обогнув бассейн, и уже подходил к воротам, когда Мадина его окликнула.

— Никита!

Он обернулся и… замер в ужасе.

Девушка стояла на краю бассейна, держа в руках большой нож.

— Смотри!

Всё произошло за считанные секунды.

Она поднесла нож к руке, и резкими быстрыми движениями полоснула себя по тыльной стороне запястья, а потом и по горлу. Кровь фонтаном брызнула во все стороны, окрашивая светлый кафель в ярко — красный цвет. Мадина покачнулась, падая ничком в воду.

— Неееееет! — только и успел крикнуть Никита, бросаясь навстречу, с разбега ныряя в бассейн.

***

Он жутко скучал по Даше. Но пока мать находится в тяжёлом состоянии, Никита не думал о возвращении в Россию. Отец понимал его чувства и, даже, где — то сочувствовал, но здоровье их жены и мамы сейчас было самым важным.

Вскоре, в Марбелью прилетела Мадина. Её вилла, точнее, вилла её отца, располагалась всего в нескольких километрах от коттеджа, который снимали они.

Около трёх недель мать провела в клинике восстановительной медицины, а потом, когда ей стало значительно легче, они с отцом перевезли её домой.

Мадина практически прописалась у них, с удовольствием (или только делала вид, что с удовольствием) помогая сиделке ухаживать за матерью. Никита злился, но видел как маме нравится компания девушки, поэтому просто терпел её постоянное присутствие. Даше он решил ничего не говорить о Мадине, не хотел её расстраивать, зная, как все девушки любят накручивать, тем более, Мадинка вела себя прилично, хоть и пыталась каждый раз утянуть его то в бар, то в клуб.

Однажды, правда, он согласился прогуляться с ней по пляжу, о чём потом сильно пожалел. В это же время позвонила Даша и он не мог не ответить на звонок. Мадина молча шла, слушая их разговор и воркование. Никита чувствовал сильное напряжение с её стороны, а взглянув на девушку, заметил, что выражение её лица стало каменным.

— Эта женщина всё никак не хочет оставить тебя в покое?! — со злостью в голосе воскликнула она, когда он отключил телефон.

— Это Я не хочу оставлять ЭТУ женщину в покое, Дина, и ты должна себе это уяснить раз и навсегда! — чётко выговаривая слова ответил он.

Несколько раз Мадина приходила к ним домой "навеселе", но от неё никогда не пахло алкоголем: Никита уже давно догадывался, что подруга детства употребляет наркотики.

Как — то ему пришлось на пару дней съездить в Валенсию, естественно, он не сказал об этом Мадине и родителей предупредил молчать, чтобы та не поехала вслед за ним. Её звонки эти два он игнорировал.

Вернувшись, первым делом прошёл в спальню к матери, и обнаружил там Мадину, которая читала вслух книгу. Никита поцеловал маму, поинтересовавшись её самочувствием. Речь Татьяны ещё не восстановилась, но она смогла по слогам произнести: хо — ро — шо, сы — нок.