Пошатываясь, Лена двинулась в ванную. Вместе с громадным кухонным ножом.

<p>В последнюю секунду</p>

– Ну вот, – сказал Павлов, когда они с Евгенией вышли из здания Следственного комитета. – Наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. Маховик потихоньку закрутился, набирая обороты.

– Дай-то бог, – промолвила Чащина и непроизвольно коснулась руки адвоката. – Я уже думала, мы зашли в тупик с этим Мирзоевым… А у вас получилось и дело по изнасилованию реанимировать, да еще жалобу на полицейский отдел пустить в дело!

– Когда я служил, у нас ходила такая поговорка: «На каждое хитрое отверстие найдется болт с крутой резьбой». Мне видится, что такой инструмент мы смогли подобрать. Органы правопорядка должны помнить, что они слуги закона. Закона и общества, поэтому никакие шаги в сторону недопустимы. К сожалению, очень многие рассматривают службу в силовых структурах как возможность заработать или решить какие-то свои личные проблемы.

– Но этого не скажешь о Старыгине, – произнесла Евгения. – Я не ожидала, что он окажется таким чутким, порядочным и ответственным человеком. Простите, но мне всегда казалось, что чиновники такого ранга все черствые и думают, как вы только что сказали, о личном обогащении. Теперь главное, чтобы жалобе на Левобережный ОВД дали ход. А этот Исламов, похоже, большой трус. Как только услышал голос вашего друга, сразу, извините, наложил в штаны.

– Такие люди, как этот Исламов, понимают только силу, – пояснил Артем. – Они действуют по принципам, которые существовали в первобытном обществе. У кого больше силы, тот и прав. Он не предполагал, что в его вотчину, где он себя чувствовал безусловным царьком, сунется кто-то, кто станет ему указывать на ошибки в работе. К слову, в этот самый момент к Исламову уже едет с проверкой комиссия. Кстати, может, перейдем на «ты»?

– С радостью, – улыбнулась она. – Какие у нас дальнейшие планы?

– Неплохо бы проверить этот миграционный центр «Дружба», где отец Мансура трудится водителем. Заодно узнать, с кем он дружит, раз за него впрягаются такие высокопоставленные лица…

Они подошли к машине Артема, и, прежде чем разблокировать двери, адвокат проверил телефон. Лицо его приняло озабоченное выражение.

– Что-то случилось? – поинтересовалась Евгения, внимательно следя за Павловым.

– Я хотел пообщаться с Леной, – отозвался он. – Отправил ей письмо с самого утра, но оно не прочитано до сих пор.

Чащина пожала плечами:

– Современные подростки все в делах, может, ей просто некогда.

– Она должна быть в школе. Может, ты и права, что некогда. Но, во-первых, нынешняя молодежь не расстается с гаджетами, даже в ванную с ними идут. Во-вторых, у нас с Леной был уговор: мы всегда на связи. Она не похожа на безответственную девушку, особенно когда сейчас, по сути, решается ее судьба.

– Мы можем позвонить ей домой, – предложила Евгения, но Павлов, взглянув на часы, сказал:

– Нет. Я поеду в школу, сейчас как раз должны закончиться уроки.

– Хорошо. Пожалуйста, держи меня в курсе, – попросила женщина, которой передалась тревога адвоката. – Как бы чего не случилось!

Охранник школы без лишних разговоров пропустил Артема в школу, когда тот показал адвокатское удостоверение и сообщил о причине визита. В этот момент прозвенел звонок, из кабинетов гурьбой вывалились ученики, быстро заполнив коридоры.

Поднявшись на третий этаж, Павлов услышал возбужденные голоса и шум борьбы и ускорил шаг. Спустя пару секунд он увидел дерущихся подростков, в одном из которых он сразу узнал Олега. Он оборонялся, с трудом отбиваясь от напирающего школьника. Крепкий, не по годам развитый смуглый парень с коротко остриженной головой наносил жесткие удары Олегу. И глядя на него, Павлов ничуть не сомневался, что перед ним именно тот самый Мансур.

В глазах Мирзоева искрились животная ненависть и азарт охотника, учуявшего, что жертва ранена. Он бил профессионально, прикрывая локтями корпус, и каждый его удар практически настигал цель – из носа Олега уже струилась кровь.

– А ну стоп! – гаркнул Павлов и не без труда вклинился между дерущимися. – Брейк!

Мансур отступил назад и недобро прищурился.

– А ты кто такой? – задиристо спросил он. Было видно, что так просто Мирзоев сдаваться не намерен, его натренированное тело напоминало тугую пружину, готовую к новому смертоносному броску.

– Здрасьте, – сказал Олег, тяжело дыша. Рукавом рубашки он вытер кровь и смахнул с лица потные волосы, прилипшие ко лбу.

– Они просто тренируются, – сказал кто-то из учеников, но тут же умолк.

– Меня зовут Артемий Андреевич, я адвокат, – сказал Павлов, в упор глядя на Мансура. В пронзительных черных глазах юноши промелькнуло нечто похожее на понимание, затем его губы растянулись в хищном оскале:

– Ну и что? Кого собрался тут защищать, адвокат? Здесь наша школа, и мы все сами решаем, без посторонней помощи!

Он сделал в воздухе несколько резких движений и угрожающе добавил:

– Хочешь попробовать?

Артем покачал головой: