В жилище человека часто находилась глиняная статуя бога – покровителя общины, наделенная божественной силой. С таким оберегом шумеры чувствовали себя защищеннее, кроме того, считалось, что так божество сможет лучше контролировать все происходящее в общине. Если человек покидал свою общину, он автоматически лишался и покровительства своего бога. Такое происходило достаточно часто, поскольку военные действия, работорговля и политика не способствовали оседлости. Часто люди попадали в плен, и, не зная ни местных обычаев, ни языка, лишенные еще и бога-покровителя, на защиту которого привыкли уповать, они чувствовали себя подавленными. Возможно, еще и это стало причиной возникновения личных богов. Представление о том, что не только у общины есть божество-покровитель, но и у каждого отдельно взятого человека, началось со времен III династии Ура. Вне зависимости от того, где человек находился, личный бог оставался вместе с ним, и шумер чувствовал себя под защитой. Однако и личного бога можно было лишиться – и тогда человек становился уязвимым для нападения демонов.

Когда ассирийцы и вавилоняне поглотили шумеров, это сказалось также и на их пантеоне. Вавилонский верховный бог Мардук вытеснил и Ану, и Энлиля, и Энки из верхушки пантеона. А на севере Месопотамии, где произошло расширение Ассирийского царства, главенствующую роль стал играть ассирийский бог Ашшур, который изначально был обыкновенным богом-покровителем одноименного города. Ашшур и Мардук становятся своего рода синонимами – в текстах ассирийцев имя Мардука заменяется на имя Ашшура, и наоборот. Отметим, что культ Ашшура поддерживался вплоть до падения Ассирийской империи в VII веке до н. э.

<p>Где живут боги</p>

К ак нам уже известно, для особо почитаемых божеств – верховных богов и покровителей городов – шумеры возводили храмы. И на их строительство бросали все силы, потому что земная обитель бога должна была быть ничуть не хуже небесной.

Храм находился в самом центре города и являлся его главной постройкой. К нему примыкал большой земельный надел, также во владениях храма насчитывалoсь несколько мастерских и амбаров. В каждом храме имелось большое количество разного рода работников, при храмах жили и жрецы. Святилище состояло из трех частей. Центральная выглядела как длинный двор, в глубине которого располагались изображение божества и два симметричных придела по краям. На одном конце двора находился стол для жертвоприношений, на другом – алтарь. Снаружи стены храма украшали расположенными на равномерном расстоянии друг от друга выступами. Непременными атрибутами каждого храма, кроме того, являлись маленькие окна под потолком, чередующиеся уступы и выступы в архитектуре и своеобразный бассейн с освященной водой для окропления.

Марджори В. Даффелла. Зиккурат Ура. 1937 г.

Первоначально храмы строили небольшими, прямоугольными, на маленькой платформе. Однако с течением времени дома для божеств стали строить все величественнее и больше. Они росли ввысь и вширь, появились пандусы, лестницы, многочисленные украшения и росписи. В центре храма обязательно стояла статуя божества, и входить туда могли лишь жрецы – простолюдинам видеть статую запрещалось. Еще позже, во времена III династии Ура, стали распространяться зиккураты – многоступенчатые храмы, построенные на нескольких платформах и сужающиеся кверху. С аккадского языка слово «зиккурат» переводится как «вершина» или «горный пик». Появление их связывают с традицией строить новый храм на месте старого. Сырцовый кирпич, из которого воздвигались священные сооружения, не был долговечным, и потому новые платформы возводили сразу поверх старых. Это в том числе помогало сохранить неприкосновенным прежний престол божества, чего требовали шумерские обычаи. Число платформ могло варьироваться от трех до семи – и чем выше строился зиккурат, тем меньше была вероятность того, что он как-то пострадает при наводнении. В одном из шумерских городов, Эриду, при раскопках был найден зиккурат, под одним из углов которого обнаружилось семнадцать храмов!