Читаем Метеоры полностью

Два раза в год маленькое племя шабашников подвергается визитам людей в белом из Санитарной службы Марсельского муниципалитета. Вооружившись распылителями и с отравленным хлебом в руках, они предпринимают операцию по дезинфекции и дератизации холмов. Встречают их довольно плохо. Высмеивают маски, резиновые перчатки, сапоги-ботфорты. Нет, вы только поглядите на этих неженок, что боятся грязи и микробов! Что касается их работы, она и бесполезна, потому что несметность крысиного люда делает операцию бессмысленной, и вредна, потому что они оставляют за собой трупы крыс и еще больше — чаек. При этом кто-нибудь непременно замечает, что эти зверьки, в общем-то, всего лишь санитары и способствуют на свой манер очищению свалки. И вообще они безобидны для человека, объясняют мне, если у него нет открытой раны. Потому что вид, запах и вкус крови приводят их в исступление. Но на самом деле шабатники чувствуют солидарность с этой живностью и воспринимают действия марсельских агентов как вторжение в собственную сферу Как Роанский проект завода по сжиганию отбросов, так и потуги марсельских служб дезинфицировать всех и вся принимают вид агрессии представителей центра против маргиналов.

(Из наилучших побуждений люди в белом оставили в моем вагоне три ведра отравленного теста, «на всякий случай», как они сказали. Но они предупредили меня, что награды для крысоловов, одно время назначенные марсельской мэрией, отменены с тех пор, как один симпатичный жулик вздумал разводить в вагоне пасюков, которых он затем убивал ацетиленом, а трупы грузовиками сдавал перепуганным секретарям мэрии. Состав смертельного теста написан на ведрах. Это животный жир, загущенный мукой и приправленный мышьячной кислотой. Я из любопытства оставил одно из этих ведер открытым на целую ночь под вагоном. Несмотря на то что крысы вроде бы поглощают все без разбору, они не только оставили тесто нетронутым, но как будто избегали даже близко подходить к сосуду. Вот вам свидетельство эффективности яда!

Работы, которые я силюсь здесь координировать, — совсем другого размаха, чем контролируемая засыпка Чертовой ямы. Поскольку Малая Кронская долина на севере благодаря волнам реки Дюранс, приведенным с помощью Крапонского канала, была мелиорирована и стала пригодной для оливковых деревьев, виноградников и пастбищ, то Марсель питает честолюбивый замысел мелиорировать, в свою очередь, и Большую Кронскую долину — за счет мирамасской свалки. Таким образом, позор большого средиземноморского порта, колющий глаза пассажирам скорого поезда Париж — Лион — Марсель, станет поводом для гордости. У меня на это есть пять бульдозеров и команда из двадцати человек, силы смехотворные в сравнении с задуманными преобразованиями. На самом деле нужно снять слой свежих отбросов до глубины по крайней мере в четыре метра, чтобы обнажить старый слой, в результате долгой ферментации превратившийся в плодородный гумус. Но тогда накопившаяся и сохраненная на этом уровне влага из-за глубокой обработки испарится и ирригация станет неизбежной.

Тем не менее я решился с помощью команды из двух бульдозеров срыть один холм. Результат был страшен. Туча чаек набросилась на свежую черную траншею, открывшуюся за каждым из бульдозеров, и водителям понадобилось особое хладнокровие, чтобы не растеряться в водовороте крыльев и клювов. Это было бы еще ничего, ибо мои снаряды неизбежно вскрыли ходы, в которых жили целые колонии крыс. Тут же началась их битва с чайками. Конечно, несколько птиц было загрызено в свалке, потому что в индивидуальном поединке крупная крыса оказывается сильнее чайки. Но бесконечное множество крупных птиц одолело крыс, выброшенных из нор на яркое солнце. Что гораздо опаснее, так это отвращение и тревога, испытанные моими людьми по отношению к работе, которой не видно завершения, вдобавок сопровождаемой генеральными сражениями между шкурными и пернатыми. Один из них предложил принести охотничьи ружья, чтобы отпугивать птиц. Но другой заметил, что только чайки сдерживают крыс и что наше положение окажется невыносимым, если последние окажутся хозяевами поля и днем, и ночью.

* * *