Читаем Метавнимание полностью

Яркий пример этого приема — фильм «Трансформеры» Майкла Бея. В фильме 2007 года (средняя длина кадра — три секунды) за сценой с роботами, разрушающими пирамиду, следует взрыв, в следующем кадре падают люди, а затем роботы летят мимо колонн — и все это за пятнадцать секунд. Если отвернуться на минуту, не пропустишь ничего важного. Но от хаотичного монтажа трудно отвести взгляд. Размышлять не о чем, считает Кенни: «Голова идет кругом, не оторваться, но по сути ничего не происходит».

Хаотичный монтаж уместен в жанре экшен из-за визуальной притягательности. Зрителя бомбардируют сенсорной информацией, виды проносятся на экране, как будто едешь мимо на американских горках. По мнению Кенни, мы успеваем следить за происходящим, а разбираться в смысле уже некогда. Вероятно, в создании беспорядка и заключается задача этого приема.

Сокращение длины кадров и продолжительности внимания совпадают по времени. Раньше в фильмах были длинные кадры, а сейчас сцены мелькают перед глазами, как и экраны компьютера с несвязанным содержанием. Быстрое переключение внимание — хаотичный монтаж нашего авторства.

Реклама

Вслед за телепрограммами и фильмами кадр стал короче и в рекламных роликах. В 1978 году он составлял в среднем 3,8 секунды, в 1991 году — 2,3 секунды[350]. Я смотрела рекламу Суперкубка-2022 «Телепат», самую популярную по данным журнала «Варайети» (по сюжету Алекса, программа «Амазона», читает мысли), и средняя длина кадра там составила 2,4 секунды. Вероятно, это предел для рекламного ролика.

Короче стали не только кадры, но и сами ролики. В 1950-е они длились минуту[351], а в 2017 году такой метраж имели только 5% роликов. В 1980-е начались эксперименты с пятнадцатисекундными роликами. Они показали себя более убедительными, чем тридцатисекундные, особенно если вызывали умиление или смех[352]. В 2014 году 61% рекламных роликов был длиной тридцать секунд, а три года спустя их число уменьшилось до 49%[353]. Что интересно, в 2018 году компания «Нильсен» подала заявку на патент на сжатие видео. Тридцатисекундные ролики, укороченные до пятнадцати секунд вырезанием кадров, показали себя не менее эффективными[354]. За этим стоит экономия: пятнадцать секунд рекламы стоят на 20–40% дешевле тридцати[355]. А чем больше роликов уместится в рекламную паузу, тем больше денег получит телеканал. Так реклама становится короче и, соответственно, влияет на наше внимание.

На YouTube есть кнопка «пропустить рекламу», она появляется через пять секунд. У «Хулу» есть опция выбора: периодические короткие ролики или длинный перед фильмом. На сайте Facebook есть рекомендации по производству роликов для просмотра на мобильных устройствах: сверху написано «снимайте короче», а ниже уточняется, что не более пятнадцати секунд, чтобы не утомлять зрителя[356]. Это подразумевает, что продолжительность внимания не превышает пятнадцати секунд. Кино и телевидение тоже приучают нас к этому — из коммерческих соображений. Сейчас набирают популярность шестисекундные рекламные ролики[357].

Снековая культура и внимание

Вспомним о внимании в соцсетях. Короткой стала не только реклама — многие платформы ограничивают количество контента в одном посте, вынуждая нас читать и смотреть короткими кусками.

В цифровую эпоху появилась снековая культура — так говорят в Южной Корее про молодежь, потребляющую информацию объемом в десять минут за раз[358]. Соцсети подкрепляют эту тенденцию, ограничивая количество контента в посте, поэтому на чтение одной публикации мы тратим меньше времени. В «Тиктоке» продолжительность клипа была изначально ограничена пятнадцатью секундами, потом ее увеличили до минуты, а теперь до трех минут. Компания утверждает, что это сделано с целью дать пользователям свободу творчества, но на самом деле это позволяет вставлять больше рекламы[359]. На момент написания этих строк у платформы 130 миллионов пользователей по всему миру[360], в их числе почти половина всех взрослых американцев от восемнадцати до двадцати девяти лет. Это огромная аудитория. Кажется, увеличение метража роликов — шанс удлинить нашу продолжительность внимания, но больше всего просмотров набирают видео длительностью от девяти до пятнадцати секунд[361].

Не только TikTok, другие платформы тоже ограничивают разовый объем создаваемого (и потребляемого) контента. В Instagram и Snapchat нельзя размещать видео длиннее минуты. В Twitter есть ограничение по количеству знаков. Короткая реклама эффективнее привлекает внимание и кажется убедительнее, то же касается и постов в соцсетях. Дети растут с ожиданием малых объемов контента. Он соответствует современному образу жизни, в котором мы не расстаемся со смартфонами. Можно «перекусить» информацией во время встречи, в перерывах на работе, просматривая другие медиа и даже общаясь с друзьями.

Влияние медиа на внимание

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основы международного корпоративного налогообложения
Основы международного корпоративного налогообложения

Россия с ее интеллектуальным потенциалом, традициями научных исследований и профессионального общения имеет уникальную возможность не только исследовать международную практику трансграничного налогообложения и отстаивать свои интересы, но и разрабатывать теорию и практические решения, востребованные на глобальном уровне. Книга Владимира Гидирима – серьезный камень в отечественном фундаменте знаний для дальнейшего развития национальной теории международного налогообложения, она открывает новый этап в изучении теории международного налогообложения и налогового права в нашей стране. Углубление понимания международного налогообложения в России, расширение предметов исследования станет основой для появления новых серьезных отечественных публикаций по международному налогообложению, для формирования более последовательной национальной налоговой политики в вопросах трансграничного налогообложения и для отстаивания экономических интересов страны на международном уровне.

Владимир Алексеевич Гидирим

Экономика
Задворки Европы. Почему умирает Прибалтика
Задворки Европы. Почему умирает Прибалтика

"Была Прибалтика – стала Прое#алтика", – такой крепкой поговоркой спустя четверть века после распада СССР описывают положение дел в своих странах жители независимых Литвы, Латвии и Эстонии. Регион, который считался самым продвинутым и успешным в Советском Союзе, теперь превратился в двойную периферию. России до Прибалтики больше нет дела – это не мост, который мог бы соединить пространство между Владивостоком и Лиссабоном, а геополитический буфер. В свою очередь и в «большой» Европе от «бедных родственников» не в восторге – к прибалтийским странам относятся как к глухой малонаселенной окраине на восточной границе Евросоюза с сильно запущенными внутренними проблемами и фобиями. Прибалтика – это задворки Европы, экономический пустырь и глубокая периферия европейской истории и политики. И такой она стала спустя десятилетия усиленной евроатлантической интеграции. Когда-то жителям литовской, латвийской и эстонской ССР обещали, что они, «вернувшись» в Европу, будут жить как финны или шведы. Все вышло не так: современная Прибалтика это самый быстро пустеющий регион в мире. Оттуда эмигрировал каждый пятый житель и мечтает уехать абсолютное большинство молодежи. Уровень зарплат по сравнению с аналогичными показателями в Скандинавии – ниже почти в 5 раз. При сегодняшних темпах деградации экономики (а крупнейшие предприятия как, например, Игналинская АЭС в Литве, были закрыты под предлогом «борьбы с проклятым наследием советской оккупации») и сокращения населения (в том числе и политического выдавливания «потомков оккупантов») через несколько десятков лет балтийские страны превратятся в обезлюдевшие территории. Жить там незачем, и многие люди уже перестают связывать свое будущее с этими странами. Литва, Латвия и Эстония, которые когда-то считались «балтийскими тиграми», все больше превращаются в «балтийских призраков». Самая популярная прибалтийская шутка: «Последний кто будет улетать, не забудьте выключить свет в аэропорту».

Александр Александрович Носович

Экономика