Читаем Мешок с костями полностью

В какой-то момент Джон вытащил кассету. Потому что я побелел как мел, вместо того, чтобы рассмеяться. Но я попросил поставить ее на место, чтобы мы могли дослушать все до конца. Объяснил, что побледнел от неожиданности: в душе я надеялся никогда больше не слышать ее голоса. Качество воспроизведения превосходное. Но на самом-то деле на пленку Джо отреагировали мальчики в подвале: конспираторы из моего подсознания. И отнюдь не ее голос испугал меня до такой степени, что побелело лицо. Испугал статический фон, характерный фон, сопровождающий все телефонные разговоры в Тэ-Эр, независимо от того, звонишь ты сам или звонят тебе.

Роджетт Дивоур ни на минуту не покидала Тэ-Эр. Я бы не простил себе, если б моя неспособность разгадать ее трюк стоила жизни Ки Дивоур. Не смог бы жить дальше. Я вновь и вновь говорил об этом Богу, сбегая по ступенькам-шпалам, навстречу ветру и потокам дождя.

Просто чудо, что я не свалился в воду. Половину досок от плота вынесло к берегу. Я мог бы напороться на десяток гвоздей и умереть, как вампир, в которого всадили осиновый кол. Такая мысль, безусловно грела душу.

Бег по скользкой от воды лестнице — не самое лучшее занятие для человека, состояние которого близко к паническому. Каждый шаг, похоже, эту панику только усиливал. И когда внизу я ухватился за ствол сосны, чтобы перевести дух и сообразить, что к чему, паника уже начала брать надо мной верх. В голове билось имя Ки, не оставляя места никаким другим мыслям.

Потом молния разорвала небо справа от меня и вышибла три нижних фута ствола громадной ели, которую видели Сара и Кито. Если бы я смотрел на нее, то точно б ослеп. Но мне повезло, и вспышку я уловил только боковым зрением. А гигантская, в двести футов ель, с грохотом повалилась в озеро. Пень ярко вспыхнул, невзирая на дождь.

На меня все это подействовало, как пощечина. Мозги прочистились, наверное, у меня появился последний шанс использовать их по прямому назначению. Почему я слетел по лестнице? Почему решил, что Роджетт понесла Киру к озеру, где я в тот момент находился, вместо того, чтобы уйти с ней подальше от меня, на Сорок вторую дорогу?

Не задавай глупых вопросов. Она пошла сюда, потому что Улица ведет к «Уэррингтону». А в «Уэррингтоне» она и обреталась, одна, с того самого момента, как отправила тело своего босса в Калифорнию на принадлежащем ему самолете.

Она проникла в дом, пока я находился в подвале под студией Джо, вытаскивал из чрева совы жестянку, изучал ее содержимое. Она уже тогда унесла бы Ки, если б я дал ей такой шанс, но я вовремя спохватился. Поспешил в дом, боясь, вдруг что-то случилось, вдруг кто-то попытается украсть ребенка…

Роджетт разбудила ее? Ки видела ее и хотела предупредить меня, прежде чем опять заснула? Возможно. Я тогда пребывал в трансе, то есть между нами еще существовала телепатическая связь. Роджетт наверняка находилась в доме, когда я вернулся. Она даже могла прятаться в стенном шкафу в спальне северного крыла и следить за мной через щель. Какая-то часть моего сознания это знала. Эта часть чувствовала ее, чувствовала чье-то, помимо Сариного, присутствие.

А затем я снова ушел. Схватил пакет, который привез из «Саженцев и рассады», и спустился к озеру. Повернул направо, к северу. К березе, валуну, мешку с костями. Сделал то, что должен был сделать; а пока я этим занимался, Роджетт следом за мной спустилась по лестнице с Кирой на руках и повернула налево. На юг, к «Уэррингтону». У меня засосало под ложечкой, когда я понял, что, возможно, слышал Ки, даже видел ее. Та птичка, которая что-то чирикнула сквозь пелену дождя. Ки к тому времени уже проснулась, должно быть, увидела меня, увидела Джо, попыталась меня позвать. Ей удался лишь один вскрик, потому что потом Роджетт заткнула малышке рот.

Как давно это случилось? Вроде бы уже прошла вечность, но я подозревал, что это не так. Скорее, минут пять, не больше. Но много ли нужно времени, чтобы утопить маленькую девочку? Перед моим мысленным взором возникла ручка Ки, высовывающаяся из воды. Пальчики сжимались и разжимались, сжимались и разжимались… Я отогнал это мерзостное видение. И подавил желание со всех ног броситься в «Уэррингтон». Не мог я одновременно бежать и бороться с паникой.

В этот момент мне более всего хотелось почувствовать присутствие Джо. Никогда раньше, за все годы, прошедшие после ее смерти, я так остро не чувствовал одиночества. Но она ушла. Похоже, безвозвратно. Мне оставалось надеяться только на себя, и я двинулся на юг, по заваленной деревьями Улице, иногда перелезая через стволы, продираясь сквозь листву, иногда обходил по склону. По пути я, наверное, произнес все молитвы, которые пришли на память. Но ни одна из них не могла отогнать лица Роджетт Уитмор, маячащего перед моим мысленным взором. Ее перекошенного криком, безжалостного лица.

Помнится, я еще подумал: это тот же «Дом призраков», только созданный самой природой. Мне казалось, что лес кишит нечистой силой.