Читаем Мемуары Омеги полностью

Разговор как таковой. "Активные" начинают активно изрыгать поток словесного поноса, попытки взять ситуацию под контроль и переключить их на общение по теме обходят либо игнорируют. С этими что делать - понятно. Наиболее хитрожопые из "пассивных" и "промежуточных", не слитые на начальном этапе, на этой стадии общения начинают задавать разнообразные вопросы, требующие от мужчины пространных ответов, причем за ответом неизменно следует следующий вопрос - и так до бесконечности. Одновременно тварь может очень убедительно имитировать режим диалога и вставлять собственные объемистые "куски текста", при этом разговор может быть даже весьма интересным и хронофаг будет незаметно переводить тему беседы в область собственных интересов, параллельно пожирая время. Правильные действия - 1. на первые несколько вопросов ответить максимально коротко, и, снова, предложить перенести общение на любые отвлеченные темы на личную встречу. 2. Жестко следить за временем и общей динамикой разговора, не позволять хронофагу перехватить инициативу.


Завершение разговора. Иногда, когда хронофаг понимает, что здесь ей "не обломится", она первая завершает беседу, обещая "перезвонить". Как я уже говорил, этот момент надо отслеживать особенно тщательно, и, если, ОЖП "обещает перезвонить" - самому ей звонить категорически нельзя! И это - еще далеко не самый худший вариант. Гораздо хуже, если сука сделает вид и скажет, что готова на личную встречу. Именно поэтому я еще раз повторяю - встречу можно и нужно назначать только в удобное время в максимально близком к родному дому и удобном месте.


Как и "динамистки", хронофаги на встречу не приходят, но, с другой стороны, нет способа со 100%-ной гарантией отличить хронофага от нормальной женщины. Поэтому, повторяю - для профилактики и своевременного слива всяческих говнокатегорий, в том числе хронофагов - жестко придерживаемся общей схемы общения - начинаем с вопроса о цели знакомства, тщательно "сканируем" интонацию голоса и слова-маркеры, держим под жестким контролем тему и продолжительность разговора, при уточнении деталей встречи не забываем о крайне высокой вероятности неявки говнобабы.


В качестве небольшого эпилога к данной главе я хотел бы еще раз напомнить, что основной материал для написания данного "труда" накопился до эпохи массового интернета, и, многое из того, о чем я пишу эти "мемуары", на сегодняшний день полностью устарело. В частности - все мерзкие личности, занимавшиеся ранее телефонным хулиганством и новые поколения таковых - газетами более не пользуются, а находят обширнейшее поле для своей зловредной деятельности в интернете, в частности - на тех же "сайтах знакомств", будь они трижды прокляты!



Часть 23. Динамщицы разных градаций ссученности.




Тема динамИсток или, как мне больше нравится - "динАмщиц" - ожидает быть весьма интересной, как минимум - постараюсь в меру своих скромных способностей. Когда я обдумывал план данной главы, поскольку в этих заметках я не только классифицирую говносамок, но и пытаюсь давать советы - как максимально быстро и эффективно идентифицировать каждую из рассматриваемых категорий - я понял, что, к вопросу о максимально эффективном вычислении динамщиц, будет необходимо поговорить и об уважении женщин к мужчинам в условиях нашего родного матриархального госупыря. Традиционно напоминаю - "пианист играет как умеет" и ни на какие истины ни в каких инстанциях не претендует - делюсь сугубо личным опытом и размышлениями на базе такового.


Скажу сразу - речь пойдем не об "обычных", так сказать, динамщицах, представительницей которых является практически любая говносамка постсоветского пространства, вне зависимости от возраста и внешности. Про таковых я бегло упомянул в 5-й главе этих записок - с ними ситуация удручающе шаблонная и банальная - мужчина по собственной инициативе как-либо пытается с бабой знакомиться, она (если она вообще идет на контакт) засовывает его во "френдзону", начинает изводить манипуляциями, проверками, требовать "ухаживаний", всячески тянуть время, откровенно использовать, и в конце концов лоха сливает, если он сам не включит голову и не свалит первым. Как вариант в рамках общей схемы - парню могут конкретно пообещать секс в качестве стимула, чтобы заставить что-либо сделать, и в результате обмануть. Меня все вышесказанное благополучно по жизни миновало, поскольку IRL я к бабам никогда не лез, а звонившие по газетам ОЖП, яростно и неистово пытающие навязать мне данный шаблон, встречали с моей стороны категорическое нежелание сотрудничать.


Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное