Читаем Мемуары Омеги полностью

Пару лет назад мне нужно было срочно сделать рентген, а в родной поликлинике аппарат в тот момент не работал. Поэтому я порылся в интернете и отправился в одну из городских больниц, где каким-то боком приросли еще и платные услуги. Делала снимки медсестра - типичный старый мерзостной внешности кадавар. Можно было бы обойтись и одним снимком, но я, для надежности, попросил сделать три - в разных проекциях, и, естественно, все это дело оплатил - по 500 рублей за снимок. Тетка все сделала нормально, но, пока я сидел и ждал в коридоре, я случайно услышал, как она по телефону ворчливо рассказывает другой медсестре - "Ни хрена себе мужики пошли больные на голову - ему одного снимка достаточно, а она за три платит!" Я, мягко говоря, охренел! Без причины наезжать на человека, которой тебе деньги платит - это уже, по моему - вообще за гранью!


Это все еще "цветочки". Главное цирковое представление, устроенное мне дамами-медиками, случилось года три назад. Началось все с того, что я, видимо, переохладился на зимней рыбалке, и у меня разболелась голова. Причем не абы как, а так, что я конкретно начал загинаться. Ударяясь об углы и частично по пластунски, я дополз до поликлиники. Врач оказалась совсем молодой женщиной, видимо - сразу после института, а медсестра - обычным стареющим доминирующим кадавром лет 45-50-ти. При этом медсестра, в принципе, была неплохой доброй теткой и мы друг друга хорошо знали. Пока врач делала записи и писала направления, медсестра с какого-то перепуга решила со мной пообщаться. Она задала мне вопрос, в контексте данной ситуации не просто тупой, а гротескно-идиотский - "Почему я не женился?"

Я оказался в несколько сложном положении. Во первых - ссориться с врачами чревато, об этом еще Лев Разгон писал. Во вторых - медсестра стопудово не пыталась меня обидеть - она была просто глупой, но доброй теткой - и я ни в малейшей степени не хотел ее как-то задевать. В третьих - ответь я серьезно - что, как в анекдоте - "на ком тут женишься, когда кругом одни крокодилы!..." - неизбежно началась бы совершенно мне в тот момент не нужная шаблонная гнилая дискуссия на тему "тебе не те попадались". Кстати, сейчас я думаю - возможно, тетка была и не так проста, и это был продуманный врачебный прием активизации кровоснабжения головного мозга?! Действительно, превозмогая боль, я врубил голову и начал думать - что бы такое ответить на понятном быдлосамкам языке, чтобы погасить тему в зародыше? Собственно, думать много не пришлось - все подобные ответы были уже много лет как отработаны на бабах из газет.

Я сказал - "Понимаете, я бы с удовольствием женился, но семью нужно содержать, а я инвалид (нелицеприятный диагноз перед Вами), живу на одну пенсию, и мне иногда бывает очень плохо, вот как сейчас! Как тут, нафиг, семья?!"

Медсестра отвяла, но на этом месте подала голос юная симпатичная врачиха, которая в весьма резкой форме выдала следующий монолог - цитирую в оригинальном виде - "Я замужем и у меня маленький ребенок, и, естественно - муж нас обеспечивает! Зачем мне нужен такой нищий муж, который не сможет меня и ребенка содержать?!"

После чего я надолго утратил дар речи... Кстати, голова начала после этого визита проходить сама - как говорится - "клин клином"...


"Банда хулиганок" и другие не смешные истории.


Вспоминать про эту историю мне очень и очень стыдно! Потому что в том случае я впутал и подставил свою маму.

Напомню, что, в основном, я подавал в газеты "прямые" объявления о поиске партнерши для секса. Периодически, особенно весной, у меня "переклинивало крышу" на тему поискать совсем молодых девушек для "дружбы", с дальнейшим вывертом таковой на секс (операция "Сталкер"). Беда была в том, что доступной сотовой связи в те времена - в конце 90-х еще не было, и все объявления я подавал на номер своего городского телефона. Поэтому, по причине отсутствия второго контактного номера можно было подать не более одного объявления в единицу времени, чаще всего - раз в неделю. Поскольку мама жила отдельно и у нее тоже имелся телефон, я решил подключить и ее, чтобы увеличить эффективность "широкого бредня" вдвое. Не без труда я уболтал маман, попросил ее говорить дамам, что я в данный момент живу в другом месте без телефона, и просить их оставлять свои номера, на которые я буду перезванивать. Матушка с неохотой согласилась, и я влепил на ее номер объяву про "операцию "Сталкер". Некоторое время все было тихо-мирно, девки ей мало-мальски позванивали, и схема работала, пока неожиданно не подкрался знаменитый пушистый зверек...

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное