Читаем Мемуары дипломата полностью

Эти обстоятельства давали молодому монарху превосходный случай завладеть сердцами своего народа, сделав некоторые своевременные уступки. Однако император Николай упустил его, как упускал и другие подобного рода случаи в течение всего своего царствования. Будучи преданным сыном, обожающим своего отца, и находясь под опекой архиреакционера Победоносцева, он был воспитан в строгой школе ортодоксального самодержавия и не приобрел привычки к собственной инициативе. Он усвоил доктрины своего ментора и смотрел на самодержавие, как на некоторого рода священное наследие, которое он обязан сохранить в неприкосновенности в той форме, в которой оно было ему передано. Единственная его идея при вступлении на престол заключалась в том, чтобы следовать по стопам своего отца и оставить вещи такими, какими оставил их ему отец. Он питал такое уважение к памяти отца, что отказывался даже принять более высокий чин в армии, верховным главнокомандующим которой он состоял, чем чин полковника, пожалованный ему отцом. Поэтому он отпустил представителей земств, дав им ледяной ответ, гласивший, что они должны оставить всякие "бессмысленные мечтания", так как он твердо намерен продолжать политику своего отца. Однако, как можно заключить из того, что рассказывает нам Извольский в своих «Воспоминаниях», сначала император был намерен говорить менее непримиримым языком, но его убедили в том, что его долг состоит в поддержании традиций царствования его отца. Только в самый последний момент Победоносцев вручил ему составленный им ответ, который император прочел представителям земств, не вполне поняв его смысл. Он до такой степени нуждался в опоре, что как в этом, так и во многих последующих случаях он поддавался влияниям, противным его лучшим намерениям, со стороны лиц, обладавших более сильной волей.

Столь злосчастное начало нового царствования вызвало чувство уныния у всех мыслящих русских, тогда как ужасное несчастье, разразившееся на коронационных торжествах в мае 1896 года, было истолковано суеверным народом как дурное предзнаменование для будущего. Благодаря неумелым распоряжениям со стороны ответственных властей, огромная толпа, собравшаяся на том месте, где должно было происходить распределение обычных подарков, была охвачена паникой, и в давке, возникшей вследствие этого, было задавлено до смерти от трех до четырех тысяч человек. Следующий инцидент, сам по себе ничтожный, произвел, однако, по словам г. Извольского, глубокое впечатление на его величество. Когда император, на которого была надета императорская корона и мантия, подходил к алтарю, чтобы принять миропомазание, застежка надетого на него ордена Андрея Первозванного развязалась, и орден упал к его ногам. Будучи от природы склонен к фатализму и суеверию, его величество счел это за божеское предзнаменование грядущего несчастья.

Его первоначальной и основной ошибкой было отсутствие понимания того, что Россия его дней не может быть управляема по тому же способу, как Россия времен Петра Великого. Империя за это время в огромной степени расширилась территориально. Старая политика централизации уже не могла быть проводима. Единственным действительным лекарством было самоуправление. Однако не в характере императора было брать на себя инициативу такой политики или бороться с сопротивлением тех, кто видел в ней уничтожение своих привилегий. Как ни невозможно для него было лично осуществлять контроль над административным аппаратом обширной империи, однако ему пришлось нести ответственность за грехи и упущения бюрократии, которая правила Россией от его имени. И даже тогда, когда после революционного движения, последовавшего за несчастной войной с Японией, была сделана уступка началу народного представительства, управление страной осталось столь же централизованным, как и раньше.