Она взлетела по лестнице в комнату, которую делила с Амбрил. Открыла дверь, захлопнула за собой и бросилась на кровать, устремив взгляд в потолок. Она все еще тащилась от той дозы хашки. События последних нескольких часов крутились в ее голове, там был какой–то вихрь мыслей, ощущений и чувств. Она беспокоилась за Амбрил, но знала, что сестра сможет позаботиться о себе. Кроме того, Белая Госпожа, похоже, не держала против нее зла.

Она думала обо всех тех людях, которые совокуплялись друг с другом на мраморе улиц, и о беспрестанной музыке, толкающей их в объятия друг друга. Все эти извивающиеся, сплетенные вместе нагие фигуры и хмельной аромат вызывали у нее головокружение. Это устрашало, но в то же время и возбуждало.

Ей было неспокойно и тревожно. Тело все еще трепетало от возбуждения, и нервной энергии, и кайфа от хашки, который еще не прошел. Ее руки медленно направились вниз, скользя по животу и бедрам. В конце концов она дотронулась до… и ахнула оттого, какой оказалась там влажной. Она почувствовала себя такой одинокой! Ее рука начала двигаться, набирая скорость, как музыка возле дворца. Стремясь к разрядке, стремясь к чему–то…

Снизу внезапно донесся крик, затем раздался треск ломаемой мебели.

Саша вскочила с кровати, выбежала из комнаты и скатилась с лестницы.

Уиллард лежал на полу, по его лицу текла кровь. Стол, за которым он сидел, был перевернут и один из стульев сломан.

Его жена исчезла.

— Они пришли за ней, — проговорил он, всхлипывая. В его взгляде было столько страдания, что Саша замерла на месте. — Они пришли за Лирессой и нашим ребенком.

ВСЕГДА ЕСТЬ ВЫБОР

— Для начала собери нескольких найденышей. Мне они не нужны, но послужат делу.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Илландрис, хотя в глубине души она знала.

— Герольд уже давненько не убивал. Ему нужно питаться.

Слова Кразки не гили у нее из головы, пока она бродила по улицам Сердечного Камня. Паника стала сходить на нет, городской люд начинал примиряться с тем, что короля Магнара сверг с трона вождь Озерного предела. Возможно, они полагали, что вскоре вернется Шаман и все станет, как прежде.

Для Илландрис уже ничто и никогда не сможет вернуться на круги своя. После того как она увидела, что этот мясник сделал с Магнаром. После того как он отдал ей приказ, который она идет выполнять. Она могла бы ему отказать, но она трусиха. Не блестящая интриганка и гений, как она думала о себе.

Трусиха.

Она почувствовала, как начинают дрожать ноги, и ускорила шаг, пытаясь избавиться от дрожи ходьбой. Затем вспомнила, куда спешит, и снова замедлилась, пошла, еле волоча ноги. «Не рухнуть ли на сырую землю прямо здесь, поддавшись начинающемуся приступу?» — подумала она. Температура с наступлением вечера быстро понижалась, и после ночи под звездным небом ее тело с приходом утра окажется холодным и безжизненным. Но, если она не выполнит приказ Кразки, поплатится Магнар.

И помимо того. Она ведь трусиха.