Читаем Меч и перо полностью

Дома хатиба и кази были разгромлены, У них нашли много различных музыкальных инструментов, сосуды с вином, дорогие кубки и чащи.

Народ не забыл, как духовенство изгнало из города поэтессу Мехсети-ханум за ее пристрастие к музыке и пению. Аранцы проклинали хатиба и кази Гянджи.

Во дворце было найдено много секретных документов, среди них несколько писем халифа Мустаршидбиллаха к эмиру Инанчу. В одном из них, где говорилось о положении в Азербайджане, халиф писал:

"Прошло то время, когда власть халифов в странах с неарабским населением можно было поддерживать силой оружия. Сейчас бороться за влияние религии в этих странах - значит защищать власть и влияние халифов. Причины ослабления влияния халифа Вы должны искать только в ослаблении религии.

Поэтому Вы должны стараться, чтобы азербайджанцы не отказались от веры, которую арабы принесли им, и не вышли бы из повиновения шариатским законам.

Опыт истории свидетельствует о том, что ислам не смог уничтожить душу азербайджанского народа. Восстания Бабека и других показали, что азербайджанцы не в состоянии слепо подчиняться законам исламской веры. Делайте все, чтобы народ не смотрел на ислам как на чужую, силой навязанную религию.

Вы напрасно чините препятствия отдельным лицам арабской национальности, которые хотели бы проживать в Азербайджане. Это бесполезная и ненужная борьба. Вы должны понимать: сохранять в неприкосновенности веру - значит сохранять в неприкосновенности и арабов.

Вы пишете в своем письме об изгнании из Гянджи поэтессы Мехсети-ханум. Это не метод борьбы. Искоренять и уничтожать надо прежде всего среду и условия, порождающие таких людей.

Из Ваших писем явствует, что народ Арана не проявляет должного рвения к религии и религиозным догмам. Отсюда и его увлечение поэзией, музыкой и вопросами развития национальной культуры.

Именно поэтому я во всех своих письмах советовал: созовите улемов и религиозных проповедников, заразите народ религиозными спорами.

Подумайте о создании святых чудес!

Не понимаю, почему Вы не способствуете развитию мюридизма, процветающего в горных районах Северного Азербайджана? Смысл мюридизма не только в том, что он сплачивает верующих вокруг ислама. В нужный момент отряды мюридов могут быть вооружены и использованы как боевая сила".

Были письма и другого содержания. В некоторых из них халиб требовал денежную помощь, просил прислать шелка, материю, ковры и прочее.

"Отправил тебе десять чернокожих рабов, - писал он. - За них ты должен прислать мне белолицых рабынь, У нас в Багдаде очень мало красивых девушек, которых можно было бы посылать в подарок".

В другом письме халиф кратко говорил о необходимости борьбы Гатибы с Кызыл-Арсланом и советовал ей подготовить на него покушение.

Халиф наказывал также препятствовать преобразовательным реформам атабека Мухаммеда в Северном Азербайджане.

После победы восставшие извлекли из подземелья эмирского дворца трупы узников. Началось распознание их. Среди замученных было всего пять-шесть человек из повстанченской организации, остальные не имели никакого отношения к восстанию.

В последнее время суд эмира Инанча был краткий: "Аранец?!..- Казнить!".

Среди покойников были люди различных сословий и профессий, начиная от купцов, кончая разносчиками, которые доставляли во дворцы продукты.

Кроме того, в подземелье было найдено много полуистлевших костей и предметов личного обихода - остатки неугодных эмиру людей, которые неизвестно куда исчезали в течение минувших сорока лет.

Хадже Мюфид ходил по подземелью, ставшему своеобразной братской могилой, называя имена тех, кто встретил здесь свой смертный час.

Поиски в подвалах дворца продолжались более месяца. Со всех сторон Арана съехались люди в надежде отыскать останки своих некогда исчезнувших родных и близких.

Хадже Мюфид оказывал всем посильную помощь. Только благодаря этому ему удалось избежать возмездия.

ТРАУР

Известие о восстании в Гяндже и казни эмира Инанча и его визиря Тохтамыша повергло в глубокий траур обитателей хамаданских дворцов. Во дворце Гатибы царил черный цвет. Ме-леке щедро раздавала подаяние калекам и нищим Хамадана, чтобы они молились за упокой души ее отца и старого визиря.

Гатиба винила во всем Кызыл-Арслана и требовала, чтобы атабек наказал виновных.

- Восстание началось благодаря попустительству твоего брата, доказывала она мужу. - Он несет ответственность за гибель моего отца!

Атабек Мухаммед возражал:

- Ты глубоко ошибаешься! Эмир Инанч сам виновен во всем. Я давно предупреждал тебя, что рано или поздно это случится. Трагедия была предрешена заранее. Жители Северного Азербайджана всегда славились своим бунтарским духом. Теперь я раз и навсегда покончу с этим. Уверяю тебя, Гатиба, внновные будут сурово наказаны. Что поделаешь? От своей судьбы никто не уйдет. События, которые происходят вокруг великих

людей, так же значительны и велики, как и они сами.

Заверения мужа не утешили Гатибу. Она день и ночь думала о мести Кызыл-Арслану и строила планы, как уничтожить Фахреддина и Низами.