Читаем Меч и перо полностью

Доведенный до отчаяния народ решил своими силами расправиться с врагом. В настоящий момент в Аранском государстве царят спокойствие и порядок. Весь народ с нетерпением ждет, когда элахазрет Кызыл-Арслан назначит на пост правителя Арана справедливого государственного мужа.

Все правительственные документы и ценные вещи, которые находились в эмирском дворце, в целости и сохранности. Это лишний раз свидетельствует о том, что восстание было направлено не против центрального правительства, а против определенных враждебных народу лиц.

Ждем распоряжений элахазрета".

Письмо не понравилось атабеку Мухаммеду.

"Подданных, которые бунтуют, а затем просят прошение, надо уничтожать! - подумал он. - Те, кто сегодня восстал против местного правительства, завтра могут поднять бунт против центральной власти".

В Хамадан стекались войска. Атабек Мухаммед поспешно готовился к походу на Азербайджан.

ПОКУШЕНИЕ

Гатиба была хорошо осведомлена о переписке атабека Мухаммеда с Кызыл-Арсланом и о несогласии Кызыл-Арслана с походом брата на Азербайджан.

Она не могла и мечтать о более благоприятном моменте, чтобы поссорить Кызыл-Арслана с атабеком Мухаммедом.

Поход на Азербайджан вот-вот должен был начаться. Атабек Мухаммед выехал в города Керкут, Асадабад и Сахна для смотра войск и проверки их боеспособности.

Гатиба вызвала Себу-ханум и приказала ей сходить за Хюсамеддином.

- Я посылаю тебя к нему только затем, чтобы ты пригласила его сюда, во дворец, - сказала она. - Но я не разрешаю тебе вступать с ним в близкие отношения. Отныне ты не должна утолять его чувственную, животную страсть! Это нужно твоей госпоже. Ты будешь раззадоривать и распалять его, но не смей отдаваться ему! За это я щедро награжу тебя. Но, клянусь жизнью своего сына Гютлюга, если мне станет известно, что ты, вопреки моим указаниям, отдалась ему, я не только вышвырну тебя из дворца, но и лишу жизни.

Себа-ханум не боялась угроз мелеке. Она обманывала ее сотни раз. Но сегодняшнее обещание Гатибы прозвучало в ушах Себы-ханум сладостной музыкой.

- Мелеке хорошо знает, что самая святая для меня вещь - это могила моей матери, - сказала она. - Так вот, клянусь могилой моей матери, если даже Хюсамеддин останется единственным мужчиной на земле, я не взгляну на него без позволения моей госпожи. Что мне Хюсамеддин?! Скажите на милость!.. Неужели я настолько падшая женщина, что не смогу устоять перед каким-то воякой?! Неужели он будет брать меня всегда, когда захочет?! Ради своей госпожи мне не жалко расстаться с жизнью, - так неужели я не смогу принести ей в жертву свои чувственные утехи?! Я не настолько глупа, чтобы ради пятиминутного удовольствия навеки потерять райскую жизнь. Мелеке должна знать, какова я!

Гатиба расцеловала Себу-ханум и подарила ей сто золотых.

- Я задумала такое дело, которое поможет тебе и другим моим друзьям стать сказочно богатыми! Теперь ступай к Хюсамеддину, пусть придет во дворец.

Отправляясь выполнять поручение Гатибы, Себа-ханум чувствовала себя на седьмом небе от радости. Она не шла, а, казалось, летела по воздуху. Ясно, мелеке замышляет какую-то грандиозную авантюру! А Себа-ханум не могла жить без интриг и приключений.

Подойдя к дому Хюсамеддина, Себа-ханум откинула чаршаб и показала караульному свое лицо. Тот, узнав любовницу своего господина, беспрекословно впустил ее во двор.

Себа-ханум поднялась на веранду и тихонько постучала в дверь рабочей комнаты Хюсамеддикп.

Отворив дверь и увидев Себу-ханум, Хюсамеддин обрадовался и пригласил ее войти в комнату:

- Добро пожаловать, жизнь моя!

Он хотел обнять ее, но Себа-ханум изобразив на лице неподдельное возмущение, отпрянула назад.

- Возьми себя в руки! К тебе пришла не какая-нибудь уличная девица, а доверенный и уважаемый человек нашей мелеке!

Хюсамеддин сделал шаг назад и, всплеснув руками, залился смехом. Затем он подошел к своей любовнице и, положив ей руку на плечо, спросил:

- Разве ты не та самая Себа, которая всегда бросалась ко мне на грудь со словами любви?!

- Да, я та самая Себа, но тебе следует знать, что сердце молодой женщины не обязано соблюдать постоянство. Нельзя обижаться на девушку, которая вчера молилась на тебя и бро

салась к тебе на грудь, а сегодня не желает тебя видеть. Таков уж характер красавиц.

- Разве мы философствовали с тобой, как сейчас, когда сливались воедино, забывая обо всем на свете?

- Сливаться воедино молча - это тоже своеобразная философия. Пусть природа решает эти загадки. У меня нет времени заниматься философией и бесплодными размышлениями. От этого моя красота может преждевременно увянуть. Могу лишь сказать одно: мелеке приглашает тебя к себе.

Себа-ханум направилась к выходу.

- Погоди, постой! Выслушай меня! - воскликнул изумленный Хюсамеддин.

Себа-ханум обернулась.

- Умные девушки должны верить не сладострастным мужчинам, а только своему сердцу. Сегодня я не желаю никого слушать. Уши мои хотят новых слов, глаза - новых лиц!

Хюсамеддин сделал попытку заключить Себу-ханум в свои объятия и поцеловать, но Себа-ханум, достав из-за корсажа пузырек с ядом, воскликнула: