Читаем Мать Мария полностью

27 сентября 1935 г. в церкви Покрова Божьей Матери, что существовала при общежитии на улице Лурмель, было освящено литургией создание общества «Православное дело». Название общества, которое преследовало создание нового типа религиозной жизни, требующей такого же самоотвержения, как монашество, но совершенно отличного от него по своей форме, предложил Николай Бердяев.

В его состав вошли: философ Н.Бердяев, богослов С. Булгаков, историк Г. Федотов, ученый литературовед К. Мочульский, поэт мать Мария.

На торжественном заседании 27 сентября Владыка Евлогий сказал: «Помогайте меньшей братии. Храни вас Господь. Над вами Покров Пресвятой Богородицы».

VIII

Ни формулы, ни меры вещества,И ни механика небесной сферыНавек не уничтожат торжестваБез чисел, без механики, без меры…Цикл «Покров».

Есть нечто, задающее темп жизни (темперамент – степень горения сердца). Как будто жизнь движется из конца к началу (конец задает темп). Есть люди с поразительным чувством личного апокалипсиса и тяготения к нему, так как за этим концом для них начало.

В предвоенные годы темп внутренней жизни матери Марии становится все горячее, подвижность души все сильнее: она все более тяготеет к самоуничтожению вплоть до чувственного моделирования своей смерти: уничтожения плоти, сгорания крови. Но это уже не только:

«Я хочу, чтоб просияла плоть» – хотение.«Жду преображения крови» – ожидание.

Это ежечасный труд самоотвержения, самовыгорания, испепеления себя ради братьев вплоть до огнеупорной горстки праха. Более того, даже это последнее хорошо бы пригодилось в доме Отца:

12. (Цикл «Ожидание»)

Трехсолнечный свет и нет страха.Восстану в час судный из гроба.Извергнет земная утробаОстанки сожженного праха.Ты, триединое пламя,Взметешь огневидные струи.Крещеньем огонь испытуетИзвергнутых к жизни гробами.И вспыхнет сухая солома…Как мало от жизни осталось…Огнеупорная малостьНужна ли для Отчего дома?27 апреля 1933 г.

14. (Цикл «Ожидание»)

От хвороста тянет дымок.Огонь показался у ног,И громче напев погребальный.И мгла не мертва, не пуста.И в ней начертанье креста —Конец мой, конец огнепальный.17 июля 1938 г.

Да, это жажда смерти, но не смерти-конца, а смерти-начала. И в этом вырывание жала смерти. Для матери Марии муки жизни и ее страдания – это муки рождения. И нет тогда ужаса жизни, ее бессмысленности, порочного предела трех измерений. Того, о чем с такой ужасной искренностью написал Л. Толстой в своей «Исповеди».

Все, даже стадиальные ответы на вопрос о смысле жизни, – все ведут из замкнутого круга личности, из «я» вовне, в «Мы». Как обычно отвечает человек на вопрос о смысле? – «Есть для кого жить, вот и хорошо». Подчас эти кто замыкаются в круг родственников. Но родственники умирают, их может и не быть. Дети вырастают и начинают отрицать вас. И сколько бы человек ни цеплялся за такие временные смыслы, он каждый раз бухается в «но все равно – смерть». И пока человек не начнет верить, что жизнь – это дорога к Богу, дорога к началу, до тех пор его добрые и самоотверженные дела, дающие единичные смыслы, не гарантированы от тупиков разочарованности и тоски. Отсюда наркомания, спивание, разврат. Человек хочет забыть о смерти.

Мать Мария в страшные годы войны и оккупации, когда смерть была повсюду, напишет статью «Рождение в смерти». В ней она разбирает два оправдания Бога, оправдания страданий, которые представляет современная философия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное