Читаем Мастер своего дела полностью

— Нет, — отмахнулся Грицко. — Уж чего-чего, а этого я не боюсь. Поверьте на слово. Пилотов уже пытались когда-то заменить компьютерами. Ничего из той затеи не вышло. Потери кораблей и грузов возросли втрое.

— Но мы не компьютеры. Мы лучше обычного человека справляемся с любой специфической задачей.

— Распространенное заблуждение, — вмешался в спор капитан.

— Вот как?

— Да. На вашей стороне, сударыня, генетическая оптимизация, а на нашей — естественный отбор. Знаете, какой процент курсантов получает лицензию? А сколько из них остается на плаву в нашем бизнесе? Мы, кому повезло, вертимся на пределе рентабельности. Вот и считайте. Выращивание и воспитание генопта стоит заказчику очень дорого, а естественный отбор — ничего. Ведь за него платят сами пилоты. Подчас жизнями.

— Но я чувствую неприязнь.

— Я терпел его неприязнь лет десять, — засмеялся Роман. — Григорий у нас с Новой Хортицы, а там не любят хлыщей из метрополии. Считают Землю рассадником зла и разврата, а ее обитателей — редкостными снобами.

— А вы считаете ее центром цивилизации и средоточием мудрости! — огрызнулся Грицко.

— Но, Григорий, ведь так оно и есть!

— Если на Земле настолько хорошо, чего же тогда человечество разбежалось по галактике? — выложил любимый аргумент Грицко.

— Расселилось, — возразила Йота, так как капитан предпочел промолчать.

— Разбежалось, — настоял на своем пилот и переключил внимание на пассажирку. — И ведь жизнь на периферии не сахар. Там с нуля начинать надо. И работать от зари до зари без особой надежды вырваться из нищеты. Вот я с двенадцати лет в космосе. С ремонта орбитальных ретрансляторов начинал. Сам свою жизнь построил, в пилоты вышел, денег скопил на долю в компании. А Ромка — землянин. Кувыркался пять лет в кампусе, после колледжа сразу за штурвал. На все готовенькое пришел. И вот — он уже капитан. Нет, возможности не сравнить, куда там! Но люди-то все одно бегут.

— От чего же они бегут? — поинтересовалась Йота.

— Так ведь понятно от чего. От регламентов, предписаний, от суеты вашей неистребимой, от лжи и догм. Взять хоть планету, на которую мы направляемся.

— Что вы знаете об общине на Сакраменто? — резко спросила Йота.

— Обычные религиозные диссиденты, — пожал плечами Грицко. — Сбежали, чтобы не мозолить глаза крупным церковным шишкам.

— Фанатики, — лениво возразил Роман. — И преизрядные зануды. Колония мормонов в сравнении с ними просто парк развлечений.

— Пусть так, — согласился пилот. — У нас ведь свобода совести.

— Совести? — Йота нахмурилась. — Вы там бывали?

— Нет, — ответил за обоих капитан. — Может, расскажете, что там случилось?

— Я не обсуждаю работу.

— Бросьте скрытничать, — отмахнулся Роман. — Вы же врач, я не ошибся? А там шахты. Какой-нибудь вирус или грибок завелся? Рудный кашель ребят замучил?

— Я не обсуждаю работу, — упрямо повторила девушка.

— Как знаете. Скоро мы сами этот пробел восполним, — пообещал с улыбкой Роман. — Вот только медвежат на Де́серт забросим.

* * *

До Де́серта оставалось всего ничего. Они прошли впритирку к местной луне, желая сэкономить топливо за счет гравитационного торможения, как вдруг из расщелины вынырнул корабль и пошел вслед за ними, притом быстро сокращая дистанцию. Минуты две потребовалось, чтобы понять его намерения. Не патруль. Не случайный попутчик. Нечего честным кораблям делать на безжизненном каменистом планетоиде. И бросаться в погоню за другим кораблем при полном радиомолчании незачем.

Абордаж в открытом космосе — номер смертельный, а потому чаще встречается в комиксах и сериалах, нежели в реальной жизни. Причина проста — компенсаторы ускорения не действуют при столкновении двух объектов. И даже небольшая разница в скоростях или векторах движения обычно приводит к катастрофе. Но редкость события и его невозможность совсем не одно и то же.

— Гаплык! — констатировал Грицко и запустил программу тревоги.

Завыла сирена, зажглись аварийные огни, обозначающие проходы во тьме или при возможном задымлении; радиопередатчик в автоматическом режиме принялся рассылать просьбы о помощи и координаты. Но даже если б на Де́серте стоял наготове полицейский корабль, ему потребовалось бы несколько часов, чтобы прийти на выручку. А нескольких часов у них не было. Впрочем, ни полицейской станции, ни самой захудалой военной базы на Де́серте в реестрах не значилось. Раз в месяц, а то и реже, сюда заглядывает инспектор колоний. Вот и вся власть.

— Межорбитальный буксир, — просмотрев данные со сканеров, определил Роман. — Если дотянем до атмосферы, он туда не сунется.

— Не дотянем. Но двадцать минут у нас есть, — Грицко посмотрел на командира. — Накаркал. Что ж, твои эротические фантазии вот-вот воплотятся. Ты увидишь девочку в комбинезоне.

Он ошибся. Йота набросила поверх комбинезона плащ. Обычный полиэтиленовый дождевик. Смотрелось это нелепо, но пристойно. Она вошла в рубку встревоженной, но без признаков паники и, даже уяснив, в чем дело, сохранила хладнокровие. Молча уселась в свободное кресло и сложила руки на коленях, как бы демонстрируя, что позволяет экипажу и впредь заботиться об участи пассажира.