Читаем Мастер артефактов полностью

– А теперь… – Толк откашлялся. – Раз мы больше не пытаемся друг дружку поубивать, предлагаю поговорить как взрослые люди. – Он взглянул на Содью. – Значит, на самом деле никакая ты не Ворон?

– Я и не говорила, что это мое настоящее имя.

– О том, что ты Содья Рокас, верховный надзиратель из чуть ли не самой влиятельной лукурийской семейки, ты тоже не проронила ни слова. Так кто ты в этой троице? Колдун? Или шпион?

– Шпион. Сказала же – я без труда выведываю чужие тайны. Это мой дар. Колдун – это мой старший брат, Кетрит. Впрочем, в магии теней он ничем не лучше меня.

– Хорошо, что ты не мучитель. Я бы тебе тогда собственными руками голову оторвал.

– Мучитель – это Риста. Будь моя воля, я бы сама ему горло перерезала. – Содья поморщилась. – Он очень опасен… с ним вообще что-то не так. Он обожает пытки – а мать его всячески поощряет.

– Точнее, вовсю пользуется его талантом, – обличительным тоном произнес Нэлдон. – Посылает сынка к обидчикам Гильдии, и тот издевается над ними до тех пор, пока Тиана не получает то, чего хочет.

– Думаешь, это самое страшное? – Содья вздрогнула. – Нет. Тиана сама дает ему рабов, чтобы Риста упражнялся на безвинных людях в своем поганом ремесле.

– В пытках, ты хочешь сказать?

– Да… Он мучает их, а потом убивает. А Тиана с восторгом наблюдает. Ей это нравится – ощущать свою полную власть над людьми.

– Зачем ты нам все это рассказываешь? – перебил ее Толк. – И почему именно сейчас? Чего ты добиваешься?

– Хочу, чтобы вы знали: эти люди – сущие монстры в человеческом обличье. И понимали, почему я веду с ними войну.

Толк кивнул. Нэлдон по-прежнему смотрел на нее с подозрением, а что до Сиджа и Поли, то в их глазах и вовсе отражался ужас, так что рассчитывать на понимание этой неразлучной парочки точно не стоило.

– Но ведь ты одна из них. Ты помогала им творить все эти мерзости. – В обвиняющем голосе Нэлдона вдруг появились задумчивые нотки. – Что же изменилось?

Содья медленно обвела глазами стоящих перед ней людей:

– Тиана убила моего отца, потому что он не разделял ее интересы. Он по-другому смотрел на жизнь и имел доброе сердце. Он был человеком благородных кровей… – Она многозначительно посмотрела на Нэлдона. – И вором. – Содья перевела взгляд на Толка, Сиджа и Поли. – Но обчищать карманы граждан Лукуры казалось матери ниже ее достоинства. Она жаждала власти – а кратчайший путь к этой цели лежал через Гильдию рабовладельцев.

– Пока все правда, до последнего слова. – Нэлдон сделал шаг навстречу Содье. – Твоего отца действительно убили сами Рокасы, разве только ты забыла упомянуть, что, помимо всего прочего, он был еще и главой рода Рокасов.

– Это преступление?

Нэлдон поскреб подбородок:

– Думаю, нет. – Он посмотрел на Квинн, спящую в гамаке, и покачал головой. – Тебе лучше не ждать, когда она проснется.

– Долго она пробудет в отключке? – спросил Фин.

– Обычно после таких фокусов Квинн спит почти целый день. Дайте нам хотя бы сутки. Мы с ней поговорим. Глядишь, она и передумает проливать кровь. Может, даже останется в банде, если нам удастся ее убедить, что Ворон с нами заодно.

– А вы сами что же? – обратился Фин к троице. – Вы останетесь?

– Ты еще не передумал прикончить Данте Турано и положить конец работорговле в Подземье? – спросил Толк.

– Нет.

– Тогда я с тобой. Хотя, по правде говоря, я бы предпочел с этим делом не тянуть. Мои мальчики… они ведь по-прежнему где-то там… я знаю.

– Толк, ты уверен? – повернулся к нему Нэлдон, который по-прежнему держал в руках стреломет. – Может, она нам лапшу на уши вешает, а сама работает на свою матушку – откуда нам знать? Ты и правда хочешь остаться?

– Если она поможет уничтожить подонков, похитивших мою жену и детей, мне плевать, на кого она работает.

– Логично. А вы двое что скажете? – спросил Нэлдон у Сиджа и Поли.

Сидж посмотрел на подругу:

– Уходить из банды я не хочу, но мы с Поли должны хорошенько все обдумать… к тому же мне интересно, что скажет Квинн, когда проснется.

– Похоже, нам всем нужно взять паузу, – подытожил Нэлдон. – И как следует все взвесить. – Он взглянул на Фина и Содью. – Дайте нам день. А лучше два.

Содье хотелось кричать, глаза жгло от навернувшихся слез, но она не позволила бушевавшему внутри урагану эмоций вырваться наружу. Как и Фин, она молча кивнула, и оба скрылись в туннеле.

– Зачем ты им рассказала? – спросил Фин, когда они отдалились на безопасное расстояние.

– Не знаю. – Как ни странно, это была чистая правда. – Они заговорили о надзирателях, а я просто… я так устала нести это бремя. Я знаю, что моя семья сделала с Квинн и ее родными. Каждый раз, как я ловила на себе ее взгляд, мне казалось, что она догадалась об истине, просто не решается произнести вслух… я больше не могла этого выносить.

– Что ж, теперь эта истина – достояние всей банды.

– А ты знал обо всем с самого начала, – сказала Содья, искоса поглядывая на Фина. – Но молчал. Что бы они ни говорили о моей семье, какие бы мерзости о ней ни нашептывала Квинн, ты ни разу слова не проронил. Почему?

– А с какой стати я должен был вмешиваться? Это ведь твои тайны, не мои.