Читаем Мастер артефактов полностью

Кентон направлялся к ручью у южной границы Шаенбалу. Судя по всему, Аог вступил в схватку с отрядом ферруманов, и, если мастер наказаний пострадал – или погиб, – план по защите деревни мог пойти прахом. По пути Кентон попытался связаться с Кьярой, но знающая не отвечала. Хотелось верить, что она все еще находится у колодца с аклумерой, поэтому и не слышит. Слишком эта женщина хитра, чтобы позволить ферруманам застать себя врасплох, к тому же в ее распоряжении тысячи мощных артефактов. Да и попасть в Хранилище – задача не из легких: придется либо выломать колоссальную дверь из железного дерева, что практически невозможно, либо пробраться через люк в потолке камеры, где Кентона едва не погребло заживо, – но здесь Кентон лично расставил смертельные ловушки, и, переступи кто угодно порог камеры, юноша сразу об этом узнал бы.

Минус десять ферруманов.

Кентон перепрыгнул через поваленное дерево и стрелой помчался по невозделанному полю.

Десять воинов и один маг… Столько же сейчас с Аогом. Еще три раза по столько в других туннелях, вдобавок несколько магов следят за деревней.

Кентон окинул взглядом руины, бывшие некогда фермами и мастерскими. За разрушенными стенами пряталось с полдюжины магов.

«Что ж, постреляем», – подумал он, снова доставая из складок плаща сумеречный лук.

Первой жертвой стал юный маг, который имел неосторожность высунуться из своего укрытия. Стрела прошла сквозь его грудь и вонзилась в землю позади него с такой силой, что камни и куски сухой грязи полетели во все стороны. Тут Кентон вспомнил, с какой легкостью стрела разнесла в щепки деревья, когда он стрелял в мага, и решил, что стоит испробовать лук и на ферруманах. Легкими царапинами монстры точно не отделаются.

Едва он об этом подумал, как из-за стены выступили двое: ферруман и железорожденный маг. Кентон почти одновременно выпустил две стрелы: одна взорвала каменному чудовищу грудь, а другая пронзила таз человека насквозь, оставив после себя дыру размером с кулак.

На ноги никто из них так и не поднялся.

– Все назад! – крикнула Элаур. Голос капитана дрожал от ярости и страха. – Уходим, быстро!

– Изабель! – раздался нечеловеческий вопль, и Катерин, шедшая позади всех, рванулась вперед. – Изабель! Изабель!

– НАЗАД!

Элаур попыталась остановить обезумевшую от горя женщину, но та пронеслась мимо, как ураган.

– Он убил мою сестру! – взревела Катерин. В ее кварцевых глазах полыхал огонь. – Я прикончу его!

– НЕ ЛЕЗЬ!

Элаур с размаху всадила кулак в стену и призвала магию. Земля задрожала, и потолок в конце туннеля рухнул, похоронив под собой неведомого убийцу с лопатой. Женщина вогнала руку еще глубже, спрессовала вокруг него камни так, что получился плотный тесный мешок, а потом разверзла землю и сбросила этот мешок на острые длинные камни, торчавшие из расщелины. Это усилие дорого ей стоило: на нее навалилась чудовищная усталость, а тело, моментально лишившись запасов жизненно важных минералов, не желало повиноваться. Но главное – с убийцей было покончено.

– Нет! – завыла Катерин.

Подбежав к сестре, она выронила из рук свое короткое копье и склонилась над обезглавленным телом:

– НЕТ!

– Ты ей ничем не поможешь! – рявкнула Элаур, пытаясь схватить Катерин за каменное плечо. – Она умерла.

– Нет! – Катерин подняла с земли голову Изабель и прижала к груди.

Она рыдала навзрыд, но розовые глаза оставались сухи – у нее не было слез, которые могли бы облегчить ее боль.

– Так мы отступаем, капитан?

Элаур повернулась к говорящему: им оказался младший лейтенант Слэйт.

– Да. Это существо, кем бы оно ни было, мертво, но здесь могут оказаться и другие. Возвращайтесь и охраняйте вход. Мы с гонцом идем за вами.

Младший лейтенант быстро приложил руку к голове и развернулся, готовясь уйти, но Элаур коснулась его мраморного плеча, и он замер на месте.

– Изабель и Турча больше нет, Слэйт. Теперь ты – старший лейтенант, так что проследи, чтобы наши воины остались живы.

Солдат, которому на вид было лет пятьдесят-шестьдесят, моргнул лазуритовыми глазами с золотыми прожилками.

– Так точно, капитан, – ответил он и под оглушительные завывания Катерин повел семерых солдат к выходу.

Кентон вбежал в туннель, вход в который располагался недалеко от водяного колеса, и едва успел сфокусировать зрение, как из-за поворота показался отряд ферруманов. Кентон кинулся в самую гущу монстров, размахивая мечом направо и налево, отрубая конечности и снося головы с плеч. Вдруг он почувствовал, как кто-то вцепился ему в левую руку, а секунду спустя ледяные металлические пальцы вспороли ему бицепс. Лук отлетел в сторону. От боли у Кентона подкосились ноги. Он упал, потянулся к рукояти Милости, но тут на него навалился второй ферруман, и кости правой руки, не выдержав чудовищной тяжести, с хрустом треснули.

– Отвали! – прорычал Кентон, отбиваясь. – Все валите назад в преисподнюю, которая вас извергла!