Читаем Мастер артефактов полностью

Один из эйдолонов, подобравшийся ближе всех, – нелепая трясущаяся тварь с невероятно длинными руками, плоским лицом и мертвыми угольно-черными глазами, – бросился на Маюн. Маюн выставила вперед руку, чтобы отпугнуть чудовище огнем, но вместо того, чтобы отшатнуться, оно схватилось за пламя тонкими пальцами. Раздался истошный болезненный вопль, но в следующую секунду эти же пальцы с когтями впились Маюн в запястье. Девушка вскрикнула, отпрыгнула назад, и огонь в ее руках вспыхнул с новой силой. Твари возбужденно закружились вокруг Маюн, почувствовав ее слабость, и с каждой секундой их становилось все больше.

– Их привлекает твой огонь! – весело крикнул Ойру. – И твоя кровь!

– ПОМОГИ!

В тело Маюн впились острые зубы и когти, серые конечности обвили грудь и шею, не давая вздохнуть.

– Сама себе помоги, – последовал беспощадный ответ. – Искра у тебя есть – так раздуй из нее пламя.

Один из эйдолонов, разинув пасть, набросился на нее, и его зубы заскрежетали по золотому металлу маски, защищающей ее лицо. Клацнули хищные челюсти, и крошечные золотые частицы закружились вокруг Маюн, словно звезды на опьяневшем небе. Еще один монстр разодрал ей бедро. На ее теле уже не осталось живого места, но чудовища, опьяненные горячей кровью, продолжали вгрызаться в ее плоть.

Маюн стало страшно. Это конец. Она умрет. Умрет…

Из ее горла вырвался первобытный крик, и конус ослепительного огня ударил в эйдолона, вцепившегося ей в лицо. Демон отлетел в сторону, уродливая морда превратилась в месиво из дыма и тумана. Не прекращая кричать, Маюн раскинула руки, и из ладоней вырвалось уже знакомое мощное пламя. Она бросилась на полчище монстров и принялась их крушить. Белые клинки с молниеносной быстротой мелькали в море теней, разрезая их на куски, сжигая и… вбирая в себя. Маюн чувствовала, как маска пытается излечить ее раны, но их было слишком много, а магия артефакта действовала слишком медленно.

Но Маюн было все равно. Она без устали убивала эйдолонов, кромсала их на куски, превращая в дым, прах и пепел.

Вдруг на нее напрыгнул огромный эйдолон с телом паука и лицом маленькой девочки. Он обвил ее тело тонкими лапами, прижав руки к туловищу, и мгновенно оплел гладкой, как шелк, и прочной, как сталь, паутиной. Холодные черные глаза на детском личике моргнули, губы раздвинулись, обнажив два длинных клыка, сочащиеся ядом. Паук подтянул Маюн к себе и попытался укусить ее, но она закричала прямо ему в лицо, которое тут же вспузырилось и оплавилось. Паук ослабил хватку; Маюн рухнула на камни, прокатилась по площадке и упала на ступень ниже. Какой-то серый булыжник выпустил щупальца, пытаясь ее схватить, но она оттолкнулась от него, скатилась еще на две ступени и на краю третьей площадки остановилась.

Ее тело было по-прежнему опутано паутиной. Маюн не могла пошевелиться, даже дышать получалось с трудом. Она поняла, что находится почти на дне бездны, которое заслоняли от взора копошащиеся черные и серые тела. Маюн попробовала разрезать паутину своими клинками, но не смогла. Она снова закричала, и столб света, вырвавшийся у нее изо рта, превратил в пепел двоих монстров, подступивших к ней слишком близко.

Но чудовищ было слишком много. Гигантская клешня опустилась ей на горло и сжала его, раздавливая трахею. Белый огонь в ладонях вспыхнул и погас. Чудовища ринулись в атаку.

Маюн успела заметить пару сапог, бесшумно возникших рядом с ней, и в следующую секунду перед лицом промелькнуло обсидиановое копье. Тяжелая клешня отвалилась и превратилась в черный дым. Через мгновение острый наконечник скользнул по ребрам Маюн, рассекая связывающие ее путы, Ойру обхватил ее одной рукой и поднял на ноги. Девушке захотелось одновременно броситься ему на шею – и всадить ему кинжал в глаз.

– Призови огненные клинки, – приказал ее спаситель, вонзая копье в горло еще одного эйдолона.

Маюн попыталась. Она открыла рот, представив себе, как полчище теней разлетится сейчас в прах… но вместо яростного крика из ее горла вырвался лишь хрип. Она потеряла голос. Тут же из тьмы вынырнули черные щупальца и обвились вокруг запястий и лодыжек Ойру. Чудовищных размеров тварь с крыльями летучей мыши и телом закованного в панцирь медведя ударило лапищей по копью, разнеся его в щепки, а потом врезало Ойру по лицу. Из раскуроченной глазницы Возрожденной Тени заструился дым вперемешку с чем-то красным.

Это же кровь. Настоящая кровь. Так Ойру тоже уязвим…

Множество мерзких демонических рук и лап потянулись к Маюн. Она увидела, как Ойру рухнул под тяжестью черных крыльев. Она осталась одна… Одна на дне бездны, лицом к лицу с армией демонических сил.

Маюн не стала кричать.

Даже не шевельнулась.