Читаем Масоны у власти полностью

А.Ф. Керенского (Нью-Йорк, 1965)²⁰⁰, В.А.Оболенского²⁰¹ сделали свое дело, и то, что так долго и тщательно скрывалось, стало наконец явным.

Еще более это обозначилось в 1980-е и 1990-е годы, когда усилиями ряда исследователей (Н. Смит²⁰², Б. Нортон²⁰³, Л. Хасс²⁰⁴, X. Кайлер²⁰⁵) удалось подвергнуть своеобразной инвентаризации источниковую базу по теме. Ощутимые успехи, достигнутые в это время западной историографией в исследовании русского политического масонства начала века, способствовали тому, что за разработку этой проблемы поневоле вынуждены были взяться и советские историки. Правда, на первых порах они попытались было подвергнуть сомнению сам факт существования русских политических масонов в начале XX века. Показательна в этом отношении разгромная рецензия Ю.И. Игриц-кого на книгу Джорджа Каткова, опубликованная в 1968 году на страницах журнала «История СССР»²⁰⁶. Однако уже в начале 1970-х годов тема эта (в разоблачительном по отношению к масонам контексте, конечно) получила неожиданную прописку и

в советской историографии. В 1974 году издательство «Молодая гвардия» массовым тиражом напечатало книгу историка-амери-каниста Н.Н. Яковлева «1 августа 1914 года», наиболее интересными страницами которой, собственно, и стали те из них, которые были посвящены роли масонов в событиях «победоносного» февраля 1917 года.

Опираясь как на уже известные к тому времени источники, так и источники новые, впервые введенные им в научный оборот (показания бывшего генерального секретаря Верховного совета «Великого Востока народов России» Н.В. Некрасова, данные им в 1920— 1930-х гг. в ОГПУ—НКВД СССР), Н.Н. Яковлев не только показал реальность самого факта существования думского масонства в России, но и впервые в советской историографии четко определил его роль и место в политической борьбе предреволюционных лет. Масонство, пришел к выводу Н.Н. Яковлев, играло роль «теневого штаба» либеральной буржуазии в борьбе за власть и, фактически, являлось руководящим центром в подготовке февральской революции в России²⁰⁷.

Как и следовало ожидать, реакция историков на книгу Н.Н. Яковлева была неоднозначной. Наиболее резко с ее критикой выступила «старая гвардия»: И.И. Минц²⁰⁸, Е.Д.Черменский²⁰⁹ и М.К. Касвинов²¹⁰, обвинившие автора чуть ли не в возрождении «черносотенной» легенды о всемирном масонском заговоре. «Стариков» поддержали и авторы так называемого «среднего», послевоенного поколения советских историков: Е.Ф. Ерыкалов²¹¹,

О.Ф. Соловьев²¹², А.Я. Аврех²¹³. Они, правда, в отличие от Е.Д. Черменского, не подвергали сомнению сам факт существования политического масонства и необходимость его изучения, но как историки-марксисты, решительно отказывались признать его сколько-нибудь значительную роль в свершавшихся в 1917 году событиях, усматривая в таком подходе умаление народного характера февральской революции и роли партии большевиков в ее подготовке. «Масонский сюжет есть, но масонской проблемы нет», — афористично заметил в связи с этим Аврех^ш. С ним не согласились, однако, Б.Ф. Ливчак²¹⁵ и В.И. Старцев²¹⁶.

Тем временем издательство «Молодая гвардия», идя навстречу пожеланиям своих читателей, опубликовало в 1984 году сборник «За кулисами видимой власти»²¹⁷ под редакцией В.И. Старцева. Он же выступил и в качестве автора основных разделов ^этой книги. Достоинством сборника стало то, что это была первая за все годы Советской власти попытка, пусть и в научно-популярном варианте, но все-таки последовательного изложения истории масонства не только начала XX века, но и за более ранний период. Отражением возросшего общественного интереса к масонской проблеме стал выход в 1976 году книги журналиста-^Ме:*дународника Генри Эрнста «Новые заметки по истории современности»²¹⁸, значительное внимание в которой уделено масонским сюжетам.

В научном плане в 1980—1990-е годы разработкой истории русского политического масонства начала XX века, кроме

В.И. Старцева²¹⁹, успешно занимались также еще и О.Ф. Соловьев²²⁰,

В.Я. Бегун²²¹, В.И. Шульгин²²², Л. Замойский²²³, А.Я. Аврех²²⁴, АИ. Серков²²⁵, С.П. Карпачев²²⁶, И.С.Розенталь²²⁷, О.А. Платонов²²⁸,

В.М. Острецов²²⁹, Д.А.Андреев²³⁰, А.Н.Лунин²³¹, В.Н.Егошина²³². В результате этих усилий история русского думского масонства, правда, пока в самых общих чертах, более или менее прояснилась. Особенно важное значение имела в этой связи публикация в 1989—1990 гг. В.И. Старцевым²³³ и Ю. Фелыитинским²³⁴ документов (письма, интервью, воспоминания) историка Б.И. Николаевского, хранящихся ныне в архиве Гуверовского института при Стэнфордском университете в США.

Наибольшие разногласия у историков вызывает проблема масонского заговора в предреволюционные годы и участие «братьев — вольных каменщиков» в событиях февраля — марта 1917 года. Собственно, факт самого заговора сомнений не вызывает. Но вот был ли этот заговор масонским? Н.Н. Яковлев,